Балладка рождественская

Прошло две тысячи лет
от Рождества Христова.
Он тихо ел обед
в общественной столовой.

И были так легки
предпраздничные мысли -
обычно, по-людски, 
фиксируя и числя.
............
Шикарная  еда -
вчерашний оливье.
Бумажная звезда -   
салфетка на столе.

Питательный бульон
из  жилок и костей;
целительный канон
для старцев и детей.

Теперь  пюре, компот..
И..  кончено с едой!
Я вытираю рот..
рождественской звездой!

Оглядываю зал,
неужто  в честь мою,
вкушают стар и мал
и ангелы - поют?

Так сытно и тепло,
и  хочется вздремнуть,
и снегом занесло
снаружи  млечный путь. 

Пора идти.. иль нет?
Погреться без забот
хотя б тысчонку лет?
А  дальше? Как пойдёт..
.............
И всё-таки он встал -
худой седой старик -
и шарфом повязал
высокий воротник
тяжёлого пальто
фабричного шитья.

Не провожал никто,
лишь малое дитя
на мамкиных руках
таращилось вослед.
В младенческих глазах
сиял печальный свет.

Как будто мальчик знал,
как и старик  тогда,
когда был также мал
(когда влекла звезда
царей и пастухов
к нему из дальних мест),
про звонких петухов,
и про какой-то крест. 

И, хочешь верь не верь,
старик почуял взгляд
и, открывая дверь,
вдруг поглядел назад..
...........
Малыш заплакал. Ель
огнями заискрила..
А старика метель
скрутила, подхватила.

Подумал: как метёт,
припомнил: мальчик плакал,
Куда же он идёт?
 И дома ждут, однако..
.............
"Послушай, скоро ночь,
а он ушёл давно,
и некому  помочь,
и  ветер бьёт в окно.

Я обзвонила всех
друзей, родных, коллег,
повсюду праздник, смех,
а на дорогах снег -

немыслимо густой,
такой, как никогда,
Какое Рождество?
Какая там звезда?

Он болен, он забыл
кто он и где живёт,
окоченел, застыл,
устанет ,  упадёт..

Стой! Трубку  не клади,
он кажется пришёл..
и даже не один,
ох, мне не хорошо..

Бродяг  из кабака
с собою  прихватил,
валяет дурака,
смеётся, мол, волхвы..
.........
Стихала за окном
метель и прояснялся
небесный звездный дом -
серебряные ясли.