В запылённом углу
Сотни лет на глазах, но без дела;
В доме с комнатами приглушенных огней
Лишь одна ярким светом горела.
И в традициях здесь соблюдать тот уклад
Что веками сложился и тлеет
Из десятка один может этому рад,
Но привычка над всеми довлеет.
От входящего ждут восхваленья и лесть
И одарят взамен и уважат,
Но готовы убить, но готовы стереть,
Кто вдруг на недостатки укажет.
А того, кто намерен взять в руки метлу
И набрать в таз воды и убраться,
Непременно считают приверженным злу
И не грех над таким издеваться.
Стон – услада ушей, язвы - радость для глаз,
А страданья – святая награда,
Смех и радость как мягкость застенчивых фраз
Пресекает упругость приклада.
Где терпеньем беспомощность наречена,
Милость сильного – божьей росою,
Где сокрыта за дверью глухая стена,
А невежество под простотою.
Узел гордости и не признанья вины
Не разрублен за годы скитаний,
И всё дальше бредёт до предельной цены
Заплутав в тупике отрицаний.
И одевшись в истлевший пропахший мундир,
Одержимый мечтою спасенья:
Утащить в эту хтонь им непознанный мир
Но и там не найдя утешенья.
А ведь всё очень просто, казалось бы так,
Как придумал почтенный создатель,
Признавать, что и умный бывает дурак,
А распятым не только предатель.
А найти и убить в себе злого врага
Вот не доблесть и храбрость ужели?
Но он снова сожжёт себя в чьей то борьбе
Не познав ни причины ни цели.
13.01.2026
Свидетельство о публикации №126011304670