Названия трав

НАЗВАНИЯ ТРАВ
Джейкоб Шорс-Аргуэльо

Семья, у которой я остановился,
потому что мой отец работает,
назвала свою собаку Тьма,
и это прекрасное имя.
Я решил разбить лагерь.
И здесь, в старой палатке
на краю их участка,
Тьма окружает меня.
Я зарываюсь спиной в поле,
странно мягкое от травы, названия которой я
не знаю. Мне следовало бы знать
названия трав, и деревьев,
и многих других вещей.
Скоро сильный
ветер стихает, превращаясь в прохладу, и свет
начинает тускнеть. Когда я смотрю на Тьму,
нижняя сторона её языка испещрена
чернильными пятнами на розовом фоне, словно созвездия.

Её тело заставляет меня думать о моём собственном теле,
мои кончики пальцев сухие, как спички,
которые подожгут эту безымянную траву, если я
не буду осторожен.
Тьма — хороший учитель,
и она учит меня быть нежным к себе.
Прижавшись головой к моей руке,
она своим способом говорит, что со мной всё в порядке.
Я глажу её так долго, что наступает тяжёлая ночь,
и всё, что остаётся, — это белое пятно
на её груди.
Скоро мои глаза, и я сам, привыкнут.
Но сейчас я застыл,
в этом моменте, который является суммой
всех моментов.
Трава, как мне кажется,
это синестебельник. Воздух амниотический.
И я плачу хорошими слезами, пока большая собака
продолжает меня охранять.

Джейкоб Шорс-Аргуэльо — автор книги «Скорбь по утраченной зелени», которая выйдет в издательстве University of Arizona Press в 2026 году; книги «Para;so» (University of Arkansas Press, 2017), лауреата первой премии CantoMundo Poetry Prize; и книги «In the Absence of Clocks» (University of Arkansas Press, 2014). Лауреат Римской премии в области литературы от Американской академии в Риме, а также стипендий от Центра искусств Льюиса при Принстонском университете и Фонда Ланнана, Шорс-Аргуэльо проживает в Техасе.

The Names of Grasses
Jacob Shores-Arg;ello

The family I’m staying with, 
because my father is working, 
have called their dog Darkness, 
and it is a beautiful name. 
I’ve decided to camp. 
And out here in an old tent 
on the edges of their property, 
Darkness encircles me. 
I burrow my back into the field, 
strangely soft with a grass I don’t 
know the name of. I should know 
the names of grasses, and of trees, 
and of so many things. 
                Soon, the thick 
wind loosens into coolness and the light 
begins to dim. As I look up into Darkness, 
the underside of her tongue is spotty 
with inky-on-pink constellations.

Her body makes me think of my own body, 
my fingertips dry as match heads
that will light this nameless grass if I’m 
not careful.
                Darkness is a good teacher, 
and she guides me to be gentle with myself. 
With a nuzzle of her head into my hand,
she says, in her way, that I am ok. 
I stroke her so long that the heavy night 
settles, and all that is left is the white blaze 
on her chest.
           Soon, my eyes, and I, will adjust. 
But for now, I’m suspended, 
in this moment that is the sum 
of all moments. 
The grass, it occurs to me, 
is bluestem. The air is amniotic. 
And I cry a good cry as the great dog 
keeps on guarding me.

Copyright © 2026 by Jacob Shores-Arg;ello. Originally published in Poem-a-Day on January 7, 2026, by the Academy of American Poets.