Известные первопроходцы. Часть 99

Известные первопроходцы. Часть 99.

В 17 веке Московское государство стремительно
Расширялось на восток в Сибирь. Земля эта была
Обширная, неизведанная, с дикими племенами,
Которые лопотали на неведомых языках и не
Имели полноценного оружия. Осваивали Сибирь
Военные служивые люди, год за годом нанося на
Карты реки, горы и озёра. Одним из таких
Государственных людей и был – Еналей Бахтеяров…

Первая часть.

В 17 веке вошли уж
В государство Московское
Земли бывшего уже ханства
Сибирского. То – «острожки».

Укреплённые основали
«Острожки» то – Тюмень, Тобольск,
 Тара, Сургут, Обдорск, Берёзов,
И также северней ещё ж.

Это городок Мангазея.
Самый северный на Оби.
И на востоке земли Пегой
Орды и городок Нарым.

А в первые десятилетья
Века, отряды казаков
Достигли также Енисея,
В восточную придя Сибирь.

1632 год

Землепроходец Пётр Бекетов,
На Лене тогда заложил,
На северной земле якутов,
Укреплённый Ленский острог.

Власти Москвы через три года
Разрешат Ленским казакам
Якуцкими там называться,
То есть Якутскими точней.

А ещё ж через три там года
Этот острог сделали уж
Центром нового воеводства,
Якутского большого там.

(Куда входила вся покорённая и
Непокорённая Восточная Сибирь от
Студёного моря (то есть Северного Ледовитого
Океана) на севере до Станового хребта на юге)

1638 года

На Лену из Москвы отправят
Первого назначенного
Старшего воеводу. Им стал
Пётр Петрович Головин.

А заместителем стал Глебов
Матвей Богданович. А дьяк
Там стал Писчий – Ефим Филатов -
Стали воеводства ядром.

(Администрации)

К новому месту службы этой
Ехали и другие там,
Государевы также люди
Письменные головы там.

(То есть несменяемые и неподотчётные
Головину приказные люди – Василий Данилович
Поярков и Еналей Леонтьевич Бахтеяров и с ними
395 казаков и стрельцов, и несчитанный ремесленный люд)
Плотники, кузнецы, оружейники, судовые мастера, толмачи,
Сведущие в местных языках)

И пятеро же православных
Священников с заданием
Обращать там аборигенов
В истинную веру уже.

Но без насилия большого.
И вся орава эта там
Служивая хорошо была
Экипирована тогда ж.

Припасами снабжена также:
У Еналея, было с ним
200 вёдер вина и 40
Вёдер и уксуса к тому ж.

И 40 пудов мёду, ещё ж
100 полот мяса, 100 четей
Ржаной муки, 50 мехов
Сухарей, 20 четей круп.
 
(И 50 четей солода)

Путь от Москвы их тогда занял,
Около двух лет там почти.
Головин приступил к работе,
В начале лета 1640 года.

Вторая часть.

Ему поручено там было
Сенокосные находить
И пашенные места также
Ясацкий сбор производить.

Строить по Лене, местам прочим
Острожки и разведывать,
Новые земли. Вступив в должность -
Перед народом клятву дал:

«Творить справедливый суд, защищать жителей
И бороться с ворами»

Но сам он по большому счёту
Всё ж не берёг своих людей.
Несправедлив, скор на расправу
Он был. Другое ж в голове.

В Сибири видел он возможность
Обогатиться. Ведь ясак
Чаще всего тогда взимался
Местной «меховой рухлядью» 

А это, значит – соболями.
Хоть «царскими» считались те,
Но при должной ловкости рук там
Могли стать – «воеводскими».

К тому ж он интересовался
Богатствами сибирских недр.
И выяснять он сразу ж начал –
Где есть золото, серебро.

(А где - и медь и соль)

Тем более, что казаки там
И до него искали же
Места новые и богатства,
Так на Илиме нашли соль.

(Большое месторождение)

Бахтеярову Еналаю,
Баландину Потапке и
Головачёву же Симанко –
Велено на Илим идти.

(Баландин – тобольский пятидесятник,
Симанко – енисейский десятник)

К «ключам росолным» шлют в низовья
Реки Илим. И «тех ключей
Досмотреть накрепко с каких мест
Они текут, и из чего.

Из твёрдого ли текут камня,
Или из мелкого они.
Не заливает ли те места
Вода вешняя. Если твердь»

«И можно ли на том месте варницу соли устроить».

«А также взять того «росолу»
Проверку с ним произвести.
Насколько он хорош для дела,
Какую выгоду он даст»

И экспедиция к Илиму
В том же году придёт туда,
«Ключей росолных» та достигла,
И начнут их там изучать.

Осмотрев, и длину измерив
Шагами, выяснят, что ключ,
Один с всех, что лежит пониже
Теченья – с верхнего волока бьёт.

(От верхнего волока к расположенной на правом
берегу засеке. А два нижних ключа бьют из
материковой породы. Первый – выше воды на сажень,
Второй – на пять саженей, и расстояние между ними
13 саженей, а от скалы до берега – 24 сажени. Сажень – 2, 16 м)

Хоть верхние ключи солёней,
С материковых камней бьют,
Но берег в этом месте низкий,
Вешние воды тот зальют.

И можно ли ставить в том месте
Варницу? То нужно спросить,
У соляного мастера там –
То, вывод экспедиции.

(Бахтеярова на Илим)

Третья часть.

В другую экспедицию уж
Отправил Головин потом
Бахтеярова на Витим. Где
Недавно был уже другой.

(Енисейский служивый – Максим Перфильев, который
Своему енисейскому воеводе сообщил, что прошёл
Вверх по Витиму, разведал путь на Шилку и что там
Роют серебряную руду)

Соблазнительными уж очень,
Были эти сведения.
Так что якутский воевода
В приказ Сибирский сообщил.

«Что на Витим реку послали,
Для ясашново збору и
Прииску новых землиц, также
Для всяких ценных руд сыскать»

«Серебряной и медной руды и свинцовой, и хлебной
Пашни писмяново голову Еналея Бахтеярова
С служилыми людьми»

Заданье Еналей получит,
«Всё разузнать, составив же
«Чертёж прохода в Катай», чтобы
Немедля ставить острожек.

«Если найдёт месторожденье серебра»

Сведеньям о богатых землях
Витима с Шилкой, что донёс
Перфильев – можно было смело
Доверять. Всё ж из первых рук.

(Перфильев захватил в аманаты шелегинского
Тунгуса Комбойка, так что другим тунгусам
Пришлось дать подробный отчёт: сколько дней
Пути до богатой новой земли, в каком направлении
она, что за народ там живёт.

И народ этот назывался
Даурами. Оседлым был.
В домах рубленных проживал тот,
И скотоводство развивал.

Туда – то Еналей был послан
С отрядом казаков числом
В 70 человек. С ним также
Шли переводчики с якут.

(И также аманат тунгусский Билчага)

На два года поход рассчитан
Был. И провизию на них
На этот срок выдали также,
Плюс выдан был и арсенал.

(Огнестрельное оружие, запас пороха и
Свинца, а также одна пушечка)

И Бахтеярову удастся
Дальше по Витиму пройти,
Чем там Перфильеву, но всё же
Он до Амура не дошёл.

(И до дауров также)

От «заповедной той землицы»
Куда послал их Головин,
Отделял всего Еналея
Только один лишь перевал.

Но этот перевал на Шилку
Непреодолимым там был,
Уставшему тому отряду,
Путь к перевалу - не прошли б.

(Он пролегал по руслу замёрзшего Нуяма,
А путь вниз с перевала шёл по замёрзшей
Мульмуге – чего, разумеется, Бахтеяров НЕ ЗНАЛ)

Но на подъём бы уже того
Отряда небольшого их,
Сил не хватило бы. Запасы
Продовольствия шли к концу.

Четвёртая часть.

Назад повернул Бахтеяров.
Во время же отсутствия
Его, там много что сменилось –
Острог якутский их был смыт.

Практически смыт наводненьем.
И строился новый теперь.
На другом берегу. Его же
«Туземцы» стали осаждать.

Подвела алчность воеводы,
Что посылал грабить народ
Туземный. Что ему подвластны,
Восстание поднимут те.

Тут подкрепленье подоспело,
Карательный ответ пошёл.
Жестокость проявил такую
Головин. Своих – возмутив.

(Глебова и Филатова)

Теперь восставшие с семьями,
В тюрьме сидели. Еналей,
Вернувшись, назад без приказа,
С ними участь там разделил.

Несмотря на то, что он всё же
Привёз тот нужный им чертёж -
Подробную карту Витима,
Он всё равно в опалу впал.

(Чертёж был со всеми притоками Витима,
порогами и островами. Головин завёл дело
на Бахтеярова: «И писмяной голова Еналей
Бахтеяров воровством своим Государевым
Делом не радел. На Шилку реку не пошёл,
А воротился назад в Якутцкой острог»)

Почему был так недоволен,
Головин? Он ещё ж тогда,
До возвращенья Еналея,
В Москву отчёт свой отослал.

О завершении успешном,
Этой же экспедиции!
И он на Витим послал срочно
Василия Пояркова.

(И на Шилку. Тем более, что тот вполне
Разделял мнение Головина, что Еналей
«Государевым делом не радел»)

А от печального конца всё ж
Глебова и Филатова,
И Бахтеярова спасла лишь
Случайность тогда только там.

Каким – то образом весть, что вся
Администрация Якутска,
И Головину неподвластный -
Бахтеяров сидят в тюрьме.

До воеводы Енисейска
Дошла та весть. В ужасе тот.
Ту новость в Москву сообщает,
Оттуда воевод вмиг шлют.

Новых уже, чтоб разобрались:
Пушкин с Супоневым с Москвы.
Под следствием же оказался
Теперь уже сам Головин.

(Василий Никитич Пушкин и Кирилл Осипович Супонев)

1645 год

В тот год выпустят на свободу
Сидельцев из тюрьмы. А тот
Еналей ещё ж продержался
Несколько лет на должности.

Но совершал ли он новые путешествия в
Поисках неисследованных земель, и как
Сложилась его дальнейшая судьба – НЕИЗВЕСТНО.