Тикшорет или превратности святого языка. Рассказ

         

Когда-то наш ульпановский преподаватель рассказывал , как , ещё будучи в СССР "в  отказе" , он семь лет учил и преподавал иврит. Однако, когда, наконец, репатриировался, то  с ужасом обнаружил, что , практически, не понимает ничего из того, о чём говорят на улице. Причём, с точки зрения грамматики и академического употребления слов, он бы мог   ещё поучить  израильтян "их" правильному языку , однако это никак не помогало ему в бытовой речи .
Если  такое происходило с человеком, имевшим большой стаж изучения и преподавания иврита,  то что уж говорить о нас, не знавших ничего, за исключением международного слова "Шалом".
В первый год репатриации параллельно с интенсивным изучением иврита в ульпане, мне пришлось поработать "уборщицей": "Корзина"  Министерства абсорбции быстро закончились, и надо было покрывать съём квартиры уже из собственных доходов .
Вскоре замаячила желанная работа недалеко от дома . Чтобы  её получить, мне надо было  не  смутить начальника своим чудовищным ивритом.
На  первой встрече,  когда начальник хэдэра (религиозной школы) проводил для меня  инструктаж на детском иврите вперемешку с английским и активной жестикуляцией, я понял , что фронт  работы уборщика не шуточный . Особенно, к полудню , когда надо было , перемыв за короткое время несколько сотен тарелок,  успеть надраить полы в столовой и коридоре.
Видя мою нерешительность , начальник сказал фразу, мой ответ на которую чуть ли не поверг его в замешательство.
Понимая, какой большой объём работы мне надо выполнить за короткое время, он предложил:
-Улай иштэха таазор леха?  (Может, твоя жена поможет тебе?).
Дело в том ,что в  иврите существительные обычно употребляются с местоименными окончаниями и изменяются по лицам.
Но на тот момент их изменение по лицам было для меня ещё высшим пилотажем. Всё ,что я мог тогда - это поставить местоимение в другое лицо без примыкающего к нему слова. Поэтому вместо того, чтобы перевести "жену" в первое лицо (Кен, иштИ таазор ли - да , моя жена поможет мне) , я почти повторил его фразу без .(Улай, иштеХА таазор ли - Может, твоя жена поможет мне?).
Начальник оторопел от такой "наглости". Действительно, с какой стати  его жена  должна мыть посуду и полы вместе с новым репатриантом . Но начальник быстро понял,  что моя неожиданная наглость является просто-напросто следствием   невладения ивритом.
В результате эту работу я всё-таки заполучил, а вместе жены,(леавдиль) мне приходил помогать, благословенной памяти, папа, который показал себя непревзойденным мастером уборки помещений.
Именно тогда "родилось"  моё еврейское имя. В процессе совместной уборки папа многократно звал меня по имени "Лёня, Лёня". Для израильских детей , постоянно слышавших папино обращение ко мне , европейское имя было чуждым и невыговариваемым. Они начали обращаться ко мне "Йёня, Йона". Это стало знаком судьбы. В дальнейшем большой раввин Исраэль Яаков Фишер, кроме прочего,  специализировавшийся на добавлении имён, утвердил его.
Вообще иврит - очень опасный язык. Случайно поменяв в слове одну букву, человек может оказаться в совершенно нелепой ситуации.
Следующую весёлую историю рассказал хороший знакомый Марат (Меир) Левин, который, ещё будучи в Тбилиси инженером,  отметился различными талантами: пробовал себя в жанре рассказа, прекрасно пел и профессионально играл в шахматы.
Приехав в Израиль, Марат естественно хотел быть в курсе шахматной жизни страны. Он узнал, что здесь регулярно выходит в свет "ховэрэт"(издание, буклет на шахматную тематику), которую можно заказать в федерации шахмат Израиля. Всё шло по плану, если бы Марат, позвонив в шахматную федерацию, не попытался бы самостоятельно образовать множественное число от слова "ховэрэт".
Набрав номер федерации и услышав на другом конце провода нерусскоязычную женщину, он вместо "Ани царих ховарот"(Мне нужны буклеты)  произнёс "Ани царих хаверот" ( Мне нужны подружки). На том конце провода многозначительное молчание. Марат, поняв,что сказал что-то не то, исправился на месте:"Ани царих хаверим ". Во фразе"Ани царих хаверим " (Мне нужны друзья) ничего предосудительного нет, однако в рамках  подобной беседы  эти слова были восприняты в самом что ни на есть гомосексуальном контексте.
-"Зэ леха ло бейт зонот"(Это тебе не бордель),-ответили в трубке, и связь прервалась.
В другой раз в комическую ситуацию попала одна репатриантка , которая вдруг в набитом автобусе обнаружила, что проезжает нужную ей остановку. Расталкивая пассажиров , она бросилась к выходу с возгласом "Ани цриха лаледэт ". Ошибка была только в одной букве, но пассажиры содрогнулись . На весь автобус прозвучало "Я должна рожать" вместо "Я должна выходить".( Ани цриха ларедет). Испуганный народ расступился, при этом не обнаружив у странной пассажирки ни малейшего признака беременности.
Но ещё более весёлая история приключилась со мной. В первые годы репатриации мне пришлось походить по различным учреждениям. В одном из них у меня возник спор с "пакидом"(клерком),  сути  которого я , конечно, не помню , однако комический диалог надолго остался в памяти. Посередине спора пакид резко мне высказал:" Ма ата мудаг?"("Что ты так обеспокоен?"). На тот момент ивритское страдательное причастие "мудаг"(обеспокоен) было мне ещё неизвестно, однако я хорошо знал , что наша  алия обильно обогатила словарь израильтян русской нецензурной лексикой. Во всяком случае непонятное морфологически сочетание слов "Кебенемат" прочно вошло в святой язык в качестве междометия, что даже нередко сопровождало дебаты в Кнессете .  Итак, будучи уверен,что пакид меня оскорбляет,я резко ответил:" Ата беацмеха мудак" (Ты сам м@дак). Меня даже не насторожило то, что в устах пакида звонкая согласная на конце слова не оглушалась (мудаГ): я принял это за издержки израильского акцента в произнесении русских слов. Пакид же недоумевал, почему меня так задела его фраза . Я ,со своей стороны, был возмущён тем , что  этот "израильтос" в официальном учреждении называет посетителя  бранным словом, даже если не чувствует опасности его звучания для русского уха .  Только лишь на дальнейшем этапе изучения иврита я узнал, что "мудаг" - это "волнующийся, обеспокоенный " , и "наглый" пакид был полностью оправдан.
Но главный вывод, который я хочу из всего сделать,  упирается в ивритское  слово "тикшорет". Это многофункциональное  слово имеет общее значение "коммуникация".  Если бы существовала настоящая "тикшорет" между людьми, не было бы обид, скандалов и конфликтов. Если бы была "тикшорет" между народами, не было бы войн. Да здравствует "Тикшорет"!