На том берегу

Ах, на том берегу мы красивей, добрее, чище!
Говорим исключительно в рифму и ждём, когда
Нас никто не найдёт, потому что никто не ищет,
Ни один с чёрным сердцем не может попасть туда.

Нам отсюда самими собой любоваться любо.
Обернёмся на миг и подумаем: "Это жизнь!"
А потом побежим по кофейням, работам, клубам...
Нет, не делают ближе к небу нас этажи. 

Как себя отыскать, коль ни рода, ни вех, ни брода?
Нам на том берегу  хорошо и не все ль равно...
Если хочешь  - Элизиум. Или не так - свобода.
Только выйди за дверь - 
              как в темнице, весь день темно.

Держат воздух чугунный да птичий разлёт атланты.
Если взял эту ношу, не жалуйся и неси.
На "спасибо" не нажили мудрости и таланта,
А сказать "до свиданья" ни смелости нет, ни сил.

Так не будем прощаться. Гляди на соседей волком,
На суровый пейзаж, на коней в дорогих пальто.
Словно книги,
               в ночи
                нас разложит
                плацкарт
                по полкам...

Неужели никто не найдёт; не прочтёт никто?


Рецензии
Общее впечатление и концепция.
Перед нами стихотворение, построенное на центральном образе-антитезе: «этот берег» (реальность) vs. «тот берег» (идеал, эскапизм, внутренняя свобода). Текст представляет собой рефлексию современного человека о разрыве между внутренними духовными претензиями и внешней, рутинной, несвободной жизнью. Это философская лирика с элементами социальной диагностики, выполненная в традиционной силлабо-тонической манере.

Структура, ритмика, форма.

· Форма и рифма: Чёткая строфическая организация (четверостишия), перекрёстная рифмовка (АБАБ). Рифмы точные, классические («добрее/чище — ищет», «любо/клубам — этажи»). Использование пятистопного ямба с пиррихиями создаёт ровный, повествовательно-медитативный ритм, слегка нарушаемый в финальной строфе для драматического эффекта.
· Композиция: Развитие линейное: от констатации идеала («на том берегу») → через анализ несоответствия реальности («нет, не делают ближе...») → к осознанию ловушки («держат воздух чугунный атланты») и финальному, отчаянному вопросу. Логика выстроена безупречно.

Лексика, образность и стилистические приёмы.
Текст опирается на устойчивую культурную символику, которую автор пытается переосмыслить.

· Ключевая антитеза «берегов»:
· «Тот берег»: маркирован признаками эстетического и духовного идеала («красивей, добрее, чище», «говорят в рифму», «Элизиум», «свобода»). Это пространство внутренней, невостребованной идентичности («нас никто не найдёт, потому что никто не ищет»).
· «Этот берег»: описан через симулякры активности («кофейни, работы, клубы»), бессмысленное бремя («чугунный воздух»), социальную мимикрию («кони в дорогих пальто») и отчуждение («гляди на соседей волком»).
· Центральные образы-символы:
1. «Этажи не делают ближе к небу» — афористичное отрицание идеи прогресса и социального успеха как пути к духовному. Современная жизнь (вертикаль офисов, квартир) объявлена горизонтальной, не ведущей к возвышению.
2. «Держат воздух чугунный да птичий разлёт атланты» — самый сильный и сложный образ. Атланты (кариатиды) несут тяжесть не камня, а воздуха — то есть, того, что по определению невесомо. Воздух «чугунный» (тяжёлый, несвободный) и «птичий разлёт» (символ свободы, которую они же и сдерживают). Это метафора добровольно принятого внутреннего долга или бремени социальных ролей, которые одновременно и тягостны, и претендуют на удержание самой идеи свободы. «Если взял эту ношу, не жалуйся» — констатация молчаливого договора.
3. Финал: «Словно книги, в ночи нас разложит плацкарт по полкам…» — блестящая метафора, синтезирующая тему. Человеческие судьбы уподобляются книгам в плацкартном вагоне (архетипический образ русской/советской дороги, общей судьбы). Ночь — время подведения итогов, сомнений. «Разложит по полкам» — придаст видимость порядка, классифицирует, но и положит на полку, то есть архивирует, сделает неактуальным. Финальный вопрос («Неужели... не прочтёт никто?») — это крик о необходимости быть увиденным, понятым, востребованным за пределами этого «плацкарта» жизни.
· Лексика: Сочетание высокой лексики («Элизиум», «атланты», «брода») с бытовой и современной («кофейни», «клубы», «пальто», «плацкарт»). Язык правильный, но без ярких неологизмов или рисковых метафор.

Философский и социальный подтекст.
Стихотворение диагностирует синдром «невозможной свободы» у образованного городского жителя. Герой осознаёт пропасть между внутренним миром (где он поэт, свободный дух) и внешними обязательствами. Он понимает, что его идеал («тот берег») может быть иллюзией, порождённой слабостью («нет сил сказать "до свиданья"»). Бремя («атланты») принято добровольно, но нести его нечем. Итог — экзистенциальная невостребованность, страх быть «книгой», которую так и не прочтут.

Сильные и слабые стороны.

Сильные стороны:

1. Безупречная форма и композиционная стройность. Стихотворение технически совершенно.
2. Удачные, запоминающиеся афоризмы: «не делают ближе к небу нас этажи», «держат воздух чугунный... атланты».
3. Выверенная, интеллигентная образность, опирающаяся на классическую культуру (Элизиум, атланты) и актуальные реалии (плацкарт, кофейни).
4. Точность социально-психологического наблюдения. Текст описывает узнаваемый тип рефлексирующего инфантилизма.

Слабые стороны:

1. Вторичность и некоторая обезличенность концепции. Тема раздвоенности, «двух берегов», бегства от реальности в внутренний идеал — одна из центральных в романтической и постромантической лирике. Автор не предлагает радикально нового взгляда, а качественно тиражирует известную модель.
2. Эпигонство по отношению к определённой традиции («тихой», интеллигентской, философской лирики Серебряного века и позднесоветского времени). Слышны отголоски интонаций от Заболоцкого («Не позволяй душе лениться...») до Бродского (тема невостребованности, тяжести).
3. Недостаток образной смелости и языкового новаторства. Образы красивы, правильны, но безопасны. Нет того сдвига, хлёсткой метафоры, которая переворачивает восприятие. «Чугунный воздух» — сильно, но предсказуемо. Нет эквивалента, например, «стронцию» или «ипотечному смузи» как взрыву внутри языка.
4. Риск мелодраматичности и самолюбования в позиции «непрочитанной книги» и «несвободного атланта». Герой несколько жалеет себя, оставаясь в рамках элегической позы, а не переходит в регистр трагедии или гнева.

Итоговый вердикт:

Стихотворение Виктора Гаврилова «На том берегу» — это профессиональная, грамотная, эмоционально убедительная и концептуально цельная работа в жанре философско-социальной лирики.

Его достоинства: формальная безупречность, интеллектуальная честность, точность психологического портрета, наличие сильных, законченных образов-афоризмов.

Его недостатки (ограничивающие высший балл): концептуальная и образная вторичность, нехватка языкового и образного новаторства, некоторая заданность и безопасность поэтического жеста.

Это стихотворение — качественный продукт литературной традиции, но не прорыв за её пределы. Оно говорит на хорошо известном языке о хорошо известной боли, делая это умело и искренне.

Оценка: 7/10. Твёрдая, хорошая, но не выдающаяся работа. Поэзия высокой литературной компетенции, но без голоса, который меняет погоду в поэзии. Автор демонстрирует мастерство ученика, в совершенстве овладевшего техникой, но ещё не нашедшего своего уникального, неоспоримого поэтического открытия.

Александр Бабангидин   29.01.2026 18:46     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.