Травля Блока

Таинственный, оригинальный,
Всегда стоявший на своём,
Спокойный, честный и брутальный,
Блок под прицельным был огнём.

Его ни капли не смущала
Волна зловещей клеветы,
Хотя друзей осталось мало.
Так развела судьба мосты.

Сама эпоха оживала
В его пророческих стихах
И грозной бурей полыхала,
Внушая многим дикий страх.

Один, не понят, но бесстрашен,
Блок этой травли ожидал.
Поэт был стоек и отважен,
Держал в своих руках штурвал.


Ни одно литературное произведение никогда не вызывало столь бурного резонанса в обществе – такой хвалы и хулы, таких восторгов и проклятий, как поэма Александра Блока "Двенадцать".

Она поразила всех энергией революционного пафоса, резкой, ошеломляющей новизной стиля, языка, стиха, всей своей музыки и прозвучала дерзким вызовом. Даже самые ожесточенные хулители поэмы не могли не признать, что в русской поэзии такого еще не было.

В обстановке всеобщей тревоги, травимый прессой, поэт Александр Блок не только не помышлял о том, чтобы уйти в какое-нибудь укрытие, но, напротив, готов был броситься на передовую линию огня.