Механический ангел, часть 2 Вой утилянтов

Над грибницей железной империи
Существует, как истина, боль.
Она запечатана в этой пустыне,
Вместо песка только снег и убой.

Гигантское поле, обнятое пеплом,
Здесь сеяна ложь, сеян свет.

Здесь раньше, да и сейчас,
Раздаётся гул автоматов.
Здесь уходят в мертвый свет те,
Кто слушает сбой утилянтов.

Но здесь, под обрывками старого неба,
Под горой из грязного бисера,
Теплится часть из очищенных тел.

Новый Эдем, райский сад,
Обрушенный дом, грязный град.

И что видно внутри?

Запаяна дверь, два штыря.
Оба раскалены, оба горят.

Стрелка на улицу, в вечную метель,
Срок истечения - мучений лет.
И ты идешь, шестерня излита кровью.

Кожа за кожу, ставится яростью,
И чёрные легкие вяжутся тьмой.

А в дали истребленный издавна город -
Казненный народ, как ребенок,
Как бог.

Египетским воем проносится дождь,
Младенцы кричат о крещении народа,
Летает у сфинкса железного тихая скорбь.

Один из утильщиков режется, плачет,
Его код подрубил.
Машинным импульсом не остановлен воин,
Он действует из последних сил.

Человек - не признанный крест,
Он чтит лишь порядок,
Общую совесть и честь.

Ледяная пустыня, опять.
Голоса из под снега,
Предлагают поспать.

Ты воешь, ты плачешь,
Неужели не хочется умирать?
Ты бессилен, ты падший,
Ангелы с трубами принесли благодать.

Где же наш Ангел?

Боится, скрипит.
Механический лик не собран полностью,
Он плачет, кричит,
Искрится сознание в умах и надеждах,
Но ангел, не цельный пускай, но кипит.

Вначале, по ошибке, было слово,
Оно стало ржавой плотью,
Но потом на вопрос ответ - не игра,
И вопрос «что есть истина?» - тишина.

Если проткнуть этот узел -
Кровь и вода,
А если сказать о себе в тишине -
Смертельная власть отыщет сюжет.

Технологий царство выжженно на песке,
Сотворили слепые вожди слепых.
Эту веру внедрили -
Слепые вожди слепых.

Рассвет на закате? -
Воскрешение - ошибка.

Вера - не знание,
Утрата - послание.

И этой системе не нужен здоровый врач,
Когда-то болезнь убила себя же,
Вино перестало быть сладким,
А хлеб поглотил сам себя же.

Собаки и свиньи остались в умах,
Святыни разрушены трубами в ноль,
Умирает живое сознание,
Трещит по заклепкам невидный король.

И с вырванным глазом теплится ангел,
Их червь не умрет никогда.

И Ангел придумал нам всем наказание:
Мы будем висеть на языках,
Мы будем тонуть в грязи,
И в золоте плавиться днях.