Вишня

А было вот что – качалась лодка,
и в этой лодке сидели двое.
Ходили вёсла, ходили локти,
тянуло тяжестью и левкоем.
Тянуло слева, тянуло справа,
а эти двое смотрели прямо,
смотрели прямо в глаза друг другу,
а между ними стояла ругань.
Они молчали, и было слышно,
как с диких вишен слетала вишня,
и слышно было, как билось слева
у той что справа,
того, что слева.

Они когда-то, в каких-то жизнях
детей рожали, рождали крики,
ломали копья, кидали пики.
Кидать, конечно, сподручней в ближних.

А в жизни этой они немые,
как эти рыбы в реке под лодкой.

– Не мы поссорили их, не мы их
свели друг с другом в одной подлодке, –
кричали рыбы, молчали рыбы,

а было вот что – качалась лодка,
кричали в лодке немые, либо
уже молчали, кусая локти.

И только Кришна, а может Вишну,
а может…
Словом, тот самый главный
сидел у речки, глотая вишню
взирал на лодку, кидая камни,
и думал – люди,
и думал – карма.