Переводы из И. Иртеньева

Вот мои переводы нескольких стихотворений Игоря Иртеньева:

Женщины носят чулки и колготки
и равнодушны к проблемам культуры.
20 процентов из них — идиотки.
30 — набитые дуры.
40 процентов из них - психопатки.
Это нам в сумме дает 90.
10 процентов имеем в остатке.
Да и из этих-то выбрать непросто.
                Girls are extravagant and neurotic
                and apathetic to cultural issues.
                20 per cent of them are idiotic.
                30 are fools in expensive silk tissues.
                40 percent of them are psychopathic,
                which altogether amounts to 90.
                10, which remain, are astute and pragmatic.
                To choose is a problem, by God-almighty!

Нет, не люблю я этих марсиан,
народец, скажем прямо, хероватый,
к тому ж ленивый, пьющий, вороватый,
в отличие от нас, от россиян.
                No, I don't like the Martian folks,
                the guys are rotten, crappy, peevish,
                and also lazy, boozy, thievish,
                unlike ourselves, the Russian folks.

Ко мне тут киллер приходил
да видно дома не застал,
в прихожей только наследил,
но я уж возникать не стал.
                A killer once came to my place
                (we didn't meet – I was away),
                tracked up the whole living space
                – I wouldn't row anyway.

Выпивать поэтам нужно в меру,
а иначе портится рука.
Взять того же Пушкина, к примеру,
или, я не знаю, Маршака.
                Let poets drink, but booze should not be ample,
                'cause too much alky undermines the knack.
                Say, Pushkin may be set as an example,
                or, I don't know, Samuel Marshak.

Когда ты смотришь в портмоне,
где вместо денег кучка пыли,
не говори с тоской: их нет;
но с благодарностию: были!
                When you discover with a stun
                your money's gone, and you feel awesome,
                don't say with regret that there is none,
                but with gratitude – there was some!

Иду я против топора,
в руке сжимая лом
как символ торжества добра
в его борьбе со злом.
                I go against a poised axe
                a crow-bar in hand,
                'cause good should not be limp or lax
                to fight vice hand to hand.

Не выношу ночной горшок
за неприятный запашок.
                I do dislike the chamber-pot
                for the malodour it has got.

И за что такую тлю
я, козёл, тебя люблю?
                Why do I (a stupid ass!)
                love you, cheeky silly lass?

Стоит могила
незнамо чья,
а все же мило,
что не моя.
                Here's a grave-mound,
                who knows – whose?
                I stand spellbound:
                not mine, good news!

И неимущим, и богатым               
мы в равной степени нужны,
сказал патологоанатом
и вытер скальпель о штаны.
               The rich and likewise the poor
               are all in need of medic means –
               said autopsist, calm and demure,
               and wiped the scalpel on the jeans.

Я обычно как напьюсь,
головой о стенку бьюсь.
То ли вредно мне спиртное,
то ли просто возрастное.
               As a rule when I get drunk
               I beat head against tree trunk.
               Either I am alky-sated
               or it's simply age-related.

Своих привычек вредных не стыдись.
Курение, вино, порывы страсти,
конечно, укорачивают жизнь,
но могут продлевать мгновенья счастья.
               Don't feel ashamed of your nasty ways:
               wine, gusts of passion, smoking, and messing.
               Of course, they shorten your earthly days,
               but may extend the moments of blessing.

Порой бывает так паршиво,
что даже чай не лезет в глотку,
а лезет в глотку только пиво,
которым запиваешь водку.
               At times a person feels so crappy
               that even tea sticks in the throat,
               while beer tastes refined and sappy
               and acts as vodka antidote.

Из куска цветной бумаги,
взявши ножницы и клей,
если хватит вам отваги,
можно сделать сто рублей.
               Take glue, a pen, some colored paper,
               a brush, and scissors as an aid,
               and if you have a knack as shaper
               a piece of money can be made.

Какую доставляет радость
любому тонкому уму
умело сделанная гадость
(пусть даже другу своему).
               There's nothing better than a hoax,
               the best of which is ever known:
               to play a dirty trick on folks
               (including friends of your own).

Была весна, и дамы пахли
как свежесорванные сливы.
Мужчины восхищенно ахали ...
предпочитая все же пиво.
               Spring being in with its temptations,
               some women gaily gave all-clear.
               Men aahed in ardent admiration,
               but gave the preference to beer.

Свой путь земной на две прошедши трети,
познав богатство, славу и гастрит,
одно я понял: счастья нет на свете,
и зря народ насчет него шустрит.
               As I have passed two thirds of earthly life,
               well in – with glory, wealth and pain,
               I learnt there's no happiness in life
               and people try to ride their luck in vain.

Нашёл у Иртеньева ещё одно четверостишие, которое перевёл, но не сразу решился опубликовать. Судите сами.

Нас е*ут, а мы крепчаем
и того не замечаем,
что покуда нас е*ут,
годы лучшие идут.
                We are fucked – we get stronger,
                but don't note any longer
                that while we are abused
                the best years pass misused.

И вот этот дистих тоже не сразу решился опубликовать:

Ну сколько можно о говне,
давайте лучше обо мне.
                About shit enough's been said,
                let's talk about me instead.

А вот ещё одно четверостишие, стилистически похожее на приведённые выше. Я нашёл его в http://stihi.ru/2024/08/22/5065.

С тобою вечер провела...
Теперь смотрю, как на дебила...
Конечно, я бы не дала...
Но попросить-то можно было?!
               I spent with you a whole day...
               Your manner was austere and chilly...
               I wouldn't give you anyway...
               But you at least could ask me, silly!