Про подкаблучника, а не воина-лучника

Его не слушают на семейном совете,
Его не слушают – ни жена, ни тёща, ни дети.
Он сидит тихо, в сторонке.
И оттого он самый несчастный на свете.

А ведь он мужчина, а значит, должно быть, воин.
Или не воин, а все-таки мебель?
Ведь его не слушают даже дети на семейном совете.


Рецензии