Степной родник

     Утро. Солнце, показавшись из-за горизонта, скользит лучами по склону Белой горы, а, поднявшись повыше, заливает её  ярким светом. Затем оно добирается до моей воды и переливаясь, играя всеми цветами радуги, пробегает по камышам и травам, буйно растущим по берегам Цуцкана. Именно из недр этой горы я начинаю свой бег, затем вырываюсь оттуда и несу на белый свет свою чистую воду. Я дарю её реке и людям, которые каждый день с восходом, кто с вёдрами, кто с бутылями, кто с флягами, идут или приезжают ко мне и берут  её с собой и пьют на месте. Они также омываются этой влагой, уезжают с наполненной посудой, а затем снова возвращаются. Особенно много желающих насладиться моим вкусом и утолить жажду в летнюю знойную пору. Кто только на бывал здесь: комбайнёры с термосами перед отъездом в поле, просто проезжие или приезжие в гости, хуторские детишки. Они все в восторге от вкуса воды, которая в жару остужает, в мороз согревает любого, кто целует мою звонкую струю.

     Ежегодно, в июне, ко мне приходят после бала выпускники местной школы, чтобы встретить рассвет новой взрослой жизни. Они пьют живительную влагу, а затем забираются на гору и, раскинув руки, умываются лучами солнца, обнимаются и радуются от того, что получили аттестат, что скоро вырвутся из родительских гнёзд и станут самостоятельными. Они смутно представляют, что их ждёт в будущем, не ведают как сложится их жизнь, но всё-равно счастливы и рады. Всё это и пугает и манит, и последнее гораздо сильнее первого. Дай Бог, чтобы их мечты сбылись!

     А я продолжаю бег из лона своей матери и уже на помню, сколько лет, веков, а может тысячелетий он длится...Я смутно помню то время, когда вокруг не было людей. Этот край долго был пуст и лишь изредко через Дикое поле проносились орды кочевников, чаще с востока на запад.Они из реки поили своих невысоких, но выносливых коней, а сами, сняв луки и расстегнув пояса, пили мою воду. Какие только языки не звучали здесь, но чаще отрывистые, гортанные, хлёсткие, как звук ногайки, отрывистые, как стук копыт. Напившись и набрав в свои бурдюки воду, связав и перекинув их через седло, степняки со свистом и гиканьем отправлялись дальше. Снова наступала относительная тишина, которая ещё долгие годы, и даже десятилетия, окружала всё вокруг. Иногда бывало, что прогоняли рядом толпы пленников, которые завидя воду, несмотря на удары кнутов, бежали, падали и как звери пили её. Охранники, крича и стегая, гнали их дальше на невольничьи рынки Стамбула или Бухары, где продавали в рабство.

     Кто только не обитал здесь: скифы и сарматы, савроматы и печенеги, половцы и, наконец, татары. Где-то в этих степях, возможно, князь Игорь бился с половцами, а проиграв сечу, оказался во вражеском плену. Недалече шли полчища Джэбэ и Субэдэ на Калку, где разбили русские рати киевского князя Мстислава. После нашествия на Русь хан Батый включил Дикое поле в состав своей Золотой Орды. Но не только татары обитали на этих просторах, сюда стекались ватаги беглых лихих русских и коренных бродников, которые совершали набеги на торговые пути и кочевые становья, грабили, освобождали пленников и быстро растворялись в высоких травах и дубравах Придонья. Они тоже запасались моей водой. Состав этих смелых людей, которые стали зваться казаками, был довольно пёстрым, помимо русских сюда попадали представители кавказских народов, поляков, литвинов, турок и татар. Единственное условие вступления в казаки - принятие православия.

     Редко видел я одиночных всадников, чаще это были конные отряды, которые могли дать отпор врагу или быстро раствориться, если сил было маловато. Условия постоянной опасности формировали характер казака, а постоянные стычки с кочевниками, учили воинскому мастерству, изворотливости и хитрости. С распадом Орды и усилением крепостничества на Руси, численность казаков стала быстро увеличиваться. Они стали селиться не только на берегах Дона, но и на его притоках: на Хопре и Медведице, на Чиру и Салу и других, более мелких, речках. Так и возле моей реки стали появляться новые поселения, хутора. Само название ЦУЦКАН имеет прямое отношение к татарскому языку. Существует несколько версий о возникновении этого топонима.
     1.Самое распространённое от татарского ЧУЧКАН, т. е. грязная вода;

     2. То же слова, но без Н, что по татарски ЧУЧКА, т. е. свинья;

     3.ЧУРТАП, в русском варианте ЩУРТАН, т. е. рыба щука. Видимо много водилось щук в реке. Кстати, татары щуку не ели, так как на голове у неё был крест, отсюда есть ещё версия;

     4. Татарина, который принял православие, сородичи звали ЧУКЫНЧЫК, т. е. крещённый или нечестивец от слова ЧУКЫНУ-креститься, наносить крестное знамение. Возможно, несколько крестившихся татар с семьями, породнившихся с казаками селились у реки, а один из них, Ибрагим или Ахмет, получил при крещении имя Прохор, Проня, что дало название одному из хуторов на ЦУЦКАНЕ - ПРОНИН, в черте которого я бегу из Белой горы и дарю себя людям;

     5.И ещё, возможно, река названа в честь ордынского правителя УРУС-ХАНА, который правил Восточной частью Золотой Орды, несколько раз в борьбе с Мамаем становился ханом всей Орды, но в конце концов был свергнут Тохтамышем и погиб. Он  кочевал в междуречье Волги и Дона, а на берегу нашей степной речки часто останавливался. Со временем У потерялась, а остался РУСХАН, позднее это трансформировалось в ЦУЦКАН.

     Помню я и лихие времена, бунты и восстания,и особенно Гражданскую войну, которая столкнула лбами многих родных людей. Обагрились кровью реки и озёра Тихого Дона, и сын шёл на отца, брат на брата...Также и самая из кровавых войн не обошла стороной наш край. Немцы, отступая осенью, установили на Белой горе артиллеристскую батарею и сожгли около семи наших танков, наступавших с востока, со стороны Усть-Медведицкой. Правда, фашистов это не спасло и они были выбиты с позиций и отступили на запад. Земляные валы от орудий ещё долго служили зимой трамплином для местных мальчишек, которые неслись с горы вниз.

     Сколько времени я теку, не помню, не знаю, сколько мне предстоит течь, тоже не ведаю, но рад, что моя вода утоляет жажду многим людям. Они приходят ко мне, набирают её и одновременно кланяются, как бы благодарят за щедрость и неиссякаемость, за радость и прохладу, за вкус, который никогда не надоест, а будет их возвращать к моему роднику.
янв.2026г.