Старый год

Упрямый полуночник  всё  метёт
Хрустальную  позёмку.  Третьи сутки.
На паперти болезный  Старый год
Вымаливает лишних полминутки. 

Властитель  времени  неумолим.
Помимо нищего прошествует, незримо.
Вот-вот поманит  странник-пилигрим.
Всё завершится.  Непредотвратимо.

Одеколон  «Дурман  весны» – прогорк.
Завял, осыпался  букет июльских лилий.
Кленовый  окровавленный венок
Осенних  листьев спал.  Подвергся  гнили.

Изморозью серебрится  седина.
Холодной сукровицей, капают мгновенья.
Его судьба уже предрешена.
Нет для него здесь ни тепла, ни утешения.

Заиндевелые царапая оглобли,
Забьётся  в дровни, из последних сил.
Под улюлюканье и праздничные вопли,
Прошепчет нам, что так в себе таил…

С обозом, исчезающим в пучине
Пурги, что неизменно,  заметёт,
На, белым саваном, застеленной равнине
Почит.  Найдёт,  последний свой  умёт.

А новый месяц, тонкий полуночник
Сияя, с неба Миру возвестит,
(Ему положено, как он - первоисточник)
Что Новый год  наносит свой визит.