Глава 6

Ученик идет учиться к мастеру, наставнику, наставник учит, как избегать ошибок, которые когда-то делал, а потом выучился нет, у него тоже были тоже учителя, и к тому, чему он научился у них, добавил свой опыт, ученику надо не только усвоить знания своего учителя, но вдобавок к ним  добавить свой личный опыт, тогда мастерство будет совершенствоваться, он начнёт возвышаться, банально взять от мастера его мастерство не значит сделаться мастером, в криминальном разговоре словам должно быть тесно, мыслям — просторно, единого источника света нет, ко всякому персонажу на этой киносъемке приставлен свой собственный прожектор, сюжет как правило не зависит от характеров действующих лиц, фабула от происходящих с ними обстоятельств, главное действующее лицо в криминальной драме время, центр сама жизнь, которая пишет пулями и кровью свой рассказ, когда грустный, когда смешной.
 
 
Всей братве заздравный стакан! Обычное не есть обязательное! (Будем помнить,  что обычно не значит всегда.) Блатной язык легче для анализа, чем обычный. Отдельный стих, как правило, обладает известной интонационной законченностью, в нем сравнительно легко выделить основные семантические окраски, в каждой некоторое ядро или несколько, наиболее устойчивый метрико-семантический стереотип, иногда сопровождаемый ритмико-семантическим, вокруг него слой менее отчетливых случаев. Семантический ореол языка этой субкультуры уже привлекал внимание, преодоление препятствий, подневольный труд, блатной героизм, подвиг, утрата свободы, грусть, внутреннее единство перечисленных образов достаточно ясно, традиция особой тематической окраски, а потом эти тематические окраски сплываются, интегрируют в менее определенные, но не менее ощутимые эмоциональные (интонационные) окраски, складывавшиеся не органически, а скорее исторически. Как известно, жизнь вообще диалектическая двойственность, совмещающая несхожее, форма не что иное, как пустота, экспрессивно совершенно нейтральная, обреченная  на самоповторение, что умножает число живущих, но вряд ли изменит общую картину. Оказавшись в силовом поле между двух, а то и более полюсов, как точно выглядит Атлантик-сити, Арсен не заметил, в веренице мрачных воспоминаний о тюрьмах России пейзаж востока Америки терялся полностью. Не длить ярмарки впечатлений ради впечатлений! Качающаяся пирамида простого быта уже расщелкала,как орехи, немало иммигрантов, Арсен избегал прогуливаться под ее качающейся тяжестью, бездействие равно преступлению, взял свой первый контракт, все равно срыва ноль из Америки, этой башни смерти, пытаться бесполезно, к тому же, аберрация первоначального намерения Арсена была налицо, теперь он был уже совсем не такой, как приехал, все на свете подверженно старению, до когда ему тут оставаться, известно только небу, переход от жизни к смерти по велению которого может произойти в любую минуту, ложь, что мысли повторяются, каждая мысль нова потому, что о ней заботится новое.

— В твоем лице что-то от Пугачева, — сказала Меган. Тависуплеба, свобода! У Анненского в «Кипарисовом ларце»  45% закрытых мужских рифм и 27% женских с созвучием в опорных гласных. У Пушкина в опорных происходит явление, свидетельствующее об особом восприятии приблизительных созвучий. Пушкин мог бы писать и неточными рифмами. Но они не согласовывались с системой классического стиха, противоречили другим его элементам, были бы слишком выдвинуты» среди других его факторов. Пушкин, большой сторонник наказуемой гармонии, сознательно отверг неточные рифмы Державина, не видя возможности их продолжать и развивать в существующей системе стиха, еще нуждающейся в других преобразованиях. Но именно в предударных звуках пушкинской рифмы, в его опорных согласных накапливаются неточные созвучия, естественные для русского слуха. Эти созвучия будут накапливаться и толпиться в предударных классической рифмы, пока не рухнет барьер образующей гласной. И тогда эти созвучия хлынут в рифму нового стиха. Но это произойдет в стихе Некрасова, точно таким же образом Траст перевернул криминальную пирамиду США. Любая страна одно целое, которое обладает особыми свойствами, несводимыми на свойства его частей. — «Траст» это просто имя. Что нам надо, связываться с другими криминальными структурами, часто отстоящими от дома Дитрихов на большое расстояние, этим ты и займешься! У них есть свои инфраструктуры, посылаем тебя в Мексику, надеюсь, ты не против? Вербовать сторонников нашего подхода к жизни в разных картелях, у них есть выходы на различные морские порты, Акапулько, например, а они нам очень нужны, пора за дело, мой друг, как ты на это смотришь? Перед этим ты пройдешь специальную подготовку у инструктора из бывших «зеленых беретов», командира отряда специального назначения бригады быстрого реагирования США в Гватемале, если хочешь, можешь начать учить и испанский, с грузинским они похожи.

— Найти то есть местных бродяг, спросить у них, с кем они, если с нами, им будет сладко? Можно! По мне, калбатоно Меган, лучше делать что угодно, чем сидеть на своих плоских ягодицах. — Обычно солдату не объясняют, а вопросы могут привести его к собственной смерти, интересно… Уважает его, зверя серпоносого или что-то другое? Он ей зачем-то нужен…

— Не только, и оружием, и людьми, обращай внимание на тех,  у кого с кем-то войны, встанут под нашу крышу. Кроме того, мексиканцы нам нужны, соблюдают дисциплину, в Америке всегда найдется кто-то, кто скажет, стоп, стоп, стоп, дорогая, я могу это делать лучше.

— У вас слишком много свободы! Меган, — Арсен на секунду замялся, все хуже, чем он думал, посылают фактически на войну, — я не бизнесмен! Никогда не смог бы что-то тут продавать. Дайте мне бригаду, ствол в руки, пойду делать  свою работу, три выстрела в корпус, контрольный в голову, мне так нравится. — Особых идеалов Грузин за собой не замечал, великие идеалы проблемы, начинаются тем, что вся братва собирается в кучу, заканчивается обычно мясорубкой, идеалы превращаются в кровавый фарш. Главный идеал Америки свобода, посмотрите, какую цену она за это заплатила, кстати, иногда зло наносит гораздо меньший ущерб, чем абсолютное добро, которое часто утверждают любыми силами и средствами. И на зоне Арсен всегда парил над схваткой, не желая камнем упасть вниз, чтобы вступить в борьбу, вместо того, что в идти вперед, предпочитал пятиться назад, отступать и пережидать, изображая полное разочарование во всем, так удобнее, ничего не делая за кого-то, но и против.

— Зато я не убиваю, — говорил он, — мои дела. — Летал из одного города страны в другой туда-сюда гастролером, на ходу ни один мусор не прилипнет, теперь это кончилось. Беспокоило одно, быть наемным убийцей, которому платят за то, что он отнимает чью-то жизнь, не работа, а призвание, к такому надо стремиться, Мэри же за него хоть и не явно, но вступилась, поучаствуем в этой схеме.

— Поэтому ты не смог быть с Петей? С Петром? Питером? — У того были идеалы, как  и у Киллера, для которого  США были очередным привалом профессионала, вот что он там делал, с Петром Мэри поняла, что такое настоящий Вор, изменяет тебя так, что ты и не замечаешь. «Лучше бы я о нем забыл, — подумал Грузин, — такой шанс безусловно есть!» Потом он улыбнулся, на столе Меган лежала книга на французском языке, видимо, детектив, «Мадам уходит, не заплатив», женщина есть женщина, по ассоциации вспомнил Париж, где кавказцев много, когда впервые приехал туда, был уверен, что Сирано де Бержерак марка армянского коньяка.

— И поэтому, — внизу кого-то брали, сирены полицейских машин выли, способствуя продолжению разговора.  Только что закончился дождь, который шел с самого утра, ленивые ручейки медленно стекали по водостокам. Круглая, как будто запотевшая от дождя луна пристально следила через окно за двумя силуэтами Арсена и блондинки, какое-то время дождь еще накрапывал, потом перестал совсем. Меган знала, о чем он думал, не вынося ему по этому поводу приговор, то есть, не предъявляла, идеи одно,  Человек другое, может быть, он вообще перерос криминальный мир, или этот мир его стер ко всем чертям. Шапка просто головной убор, главное, на чьих плечах она держится, иной раз проще подвинуть рояль, чем табурет,  человечество жалуется на то, что вокруг кривые стены, а где взять отвес, чтобы изменить степень человеческой прямоты? Кроме того, в любом гадании только вторая карта раскрывает истинное значение первой, СССР был не союзом серпа и молота, а серпа и отмычки, организованная преступность там процветала, уголовным авторитетом мечтал стать каждый уважающий себя юноша, Грузину удалось, его не лишенный кокетства воровской патриотизм весьма импонировал американке, в баре в ресторане бармен попросил с ее подчиненного 10$, спросил, за бутылку, нет, один «шот», 50 грамм, сказал, ты у меня сейчас напьешься своей мочи, уютные буколические пейзажи его родины, от которых как будто веяло уютом и покоем, ей тоже хотелось когда-нибудь посмотреть, Грузия всегда радовала гостей неброской изысканностью своей палитры, в которой преобладали сочная зелень в блюдах и  салатах и спелое золото теплого кавказского солнца, мерный рокот волн Черного моря действовал из далекой страны действовал на мисс Дитрих усыпляюще, погружая ее в сладкие мечты, как известно, самая зеленая трава там, где нас нет, мысль о предательстве их фонда «минитменами»,  теми, кто должен их беречь и охранять, быстро возвращала в реальность, напоминавшую настоящий кошмар, они беспредельщики, на Грузине была пара свитеров, которые не то, чтобы грели, а удерживали океанскую сырость на расстоянии, в Атлантик-сити вечерами прохладно.

Для Грузина Россия хоть и осталась позади, но не отступила, каждую ночь наполняя его душу разными кошмарами, каких чудовищ они рождали и какими видениями терзали его несчастную душу, ведал только он, как только он не спятил совсем, сны отнимали у него не только силы, но и разум. Арсен почти залпом выпил всю бутылку, в Тбилиси начинают закладывать за воротник в роддоме, пить на равных со взрослыми за столом с трех лет, не плодя при этом алкоголиков. Грузин знал, картели любят пытать, одна из жертвует взмолилась, не трогайте семью, ответом был еще один удар железным ломом по ребрам, когда тело от боли отключалось, сострадательный врач, работающий на картель, снова приводил терпигорца в сознание, уколы, чтобы не давать ему забыться «как можно дольше», пока организм не перестанет реагировать даже и на это, закопали живым, экспертиза обнаружила землю в легких, кожа с лица была удалена с хирургической тщательностью, с помощью дратвы и иглы ей обшили мяч, которым каратели резались в футбол, мяч стал узнаваем, заимел собственное лицо, руководство одобряло, уровень! Человек, личность которого публично никогда не была подтверждена, скончался в страшных мучениях, потом начались постоянные трудовые соцсоревнования, кто придумает  более  страшный страшный для врагов благодетелей Латинской Америки, которых рано или поздно поймают, время значения не имеет, одному просверлили голову в нескольких местах финской дрелью в частном доме сочувствующего наркотерроризму, местоположение не установлено, потом вставили в одно из отверстий финскую же отвертку, и тоже одобрил.


— Финку получил, — улыбнулся, узнав об этом, Вячеслав Кириллович Япончик, он уже был в Америке,  медленно и трудно  признававшей его в качестве собственного дона, стук алюминия по кости был ему знаком, и тоже одобрил. Другого раздели догола, положили на цементный пол и распилили грудную клетку так, чтобы были видны внутренности, парень извивался, затем один из исполнителей стал медленно вынимать из тела похищенного внутренние органы, когда сердце было извлечено, оно еще качало кровь. Что будет, если серийные убийцы и душегубы объединятся? Мексика.

— Бьется, — улыбнулся исполнитель, братва сбежалась, живое бьющееся сердце в руках у кого-то видели только по телевизору в документальных фильмах про американских кардиохирургов, выучиться на которых для простого народа, как они, совершенно нереально, одно из самых дорогих образований в Америке. Извлекающий органы поднес сердце «гада» ко рту и с удовольствием начал его на камеру есть, бон аппетит, в доме тут же нашлась поваренная соль, ей засыпали пролом в груди и кишки, потом возили по городу, засолили, жестко, а как иначе, южный Новый свет, так там было с незапамятных времен инков и ацтеков (исторические друзья), поедание человеческой убоины всегда было частью их духовных инициаций, если ее попробовать, ваше ДНК меняется, официальное заключение о смерти «бессердечного» было «умер от потери крови». У третьего  сварили живьем на его глазах его двух младенцев, годовалого мальчика и двухмесячную девочку (груднички), потом дали пистолет с одни патроном, убей свою жену, папа застрелился, перед этим, естественно, рассказав, кто контролирует торговые пути в Калифорнию, восхитился своими палачами, так положено, перед смертью твоему врагу необходимо принять твою веру. Необходимо заметить, такое все же бывает не всегда, некоторым не особо провинившимся рассказывают, что с ними сейчас будут делать, пальцем не трогая при этом, идут на сотрудничество, в этом случае пытки отменяются, «раз есть голова на плечах». А вот убежать не выйдет, посадят связанного в чан, в котором 2 литра воды на два мешка специальной соды, внизу огонь, мгновенно начинается реакция, раз, и ты растворен, то, что иногда останется, кости, ногти и прочее, выбросят на свалку, их много, по оценкам прессы так ушло 300, реально, говорю я, свыше 2000 неудачников, костной фрагментации было найдено до 14 000, убивали «за отношения», информативная ценность их допросов была невысокой, боссы наркотрафика знают все, единственные, с кем они не решались рамсить, были итальянцы. Почему не сжигали лазером? Со спутников видно.

— У него мозги набекрень, пол-ночи орал как ненормальный, — сообщала охрана. — Этот черный псих конченный, да еще и грубиян, каких свет не видел, — братва была недовольна. — Меган прислала ему в подарок в каморку, где он спал на территории виллы Дитрихов, «Шато Латур» 1923го года, бутылку красного вина, рыночная стоимость 10 000$, которая тоскливо пылилась в кладовой особняка, все в порядке. — Как бы я хотел, чтобы я на ней женился, — вздохнул один из борцов, — я всю дорогу бы ей никогда не изменял! — Нахты ей нужен, — дружно рассмеялась смена, Меган охраняли. — А этот, похоже, законченный оптимист, если решил к нам присоединиться. — Если вдуматься, — засмеялась одна «горилла», бывший капитан одной университетской сборной по американскому футболу, — ему с нами нравиться, коммунисты думали не для других, как мы, а за, такова цена борьбы со свободным рынком, платили ему так же, как если бы он продолжал играть в лиге профессионалов. Вот увидишь, он останется здесь, куда ему деться? — Арсен вспоминал свой дом каждый день перед тем, как заснуть, точнее, не заснуть, «Траст» подвел под этим тайный, глубокой смысл, под его приглядом познать истину, правоту которой покажет завтрашний день.

— У всех американцев к своему обществу личный счет, — сказала Меган, — это отличает нас от вас, иммигрантов, в Америке против тебя играют не фраера, а целое государство.




Конец шестой главы


 
.