Январь
Прости за цинизм. Но я больше не мог.
Я оставил тебя в первой четверти века
Глухой паутине железных дорог.
Бушевала зима и морозы крепчали.
Лишь снегу нести за былое вину.
А они всё мели, накрывая печалью
Останки навеки минувших минут.
Догорала свеча, я читал Пастернака,
Но сердце не слышало трепетный стук.
Только лишь тишина одинокого мрака
Чернила вручила движению рук.
Белый снег заносил города по ворота.
И улица белая стала пуста.
Заносили метели судьбы повороты
И с чистого жизнь начиналась листа.
Свидетельство о публикации №126011103522