Дню рожденья у реки

ДНЮ РОЖДЕНЬЯ У РЕКИ
Дню рожденья у реки   
рады только червяки,
выползающие присно 
из жестянок на ярмо.   
Мы у речки правим тризну
по зиме и по УО.

Воскрешение весны
затянулось, будто ранка
на локте или портянка
на ноге жреца войны.

На УО, как на заразу
все направлены зрачки,
а куда не видно глазу
сумрак, оси и крюки.   

Весь пропахший снегом грач,
не юродствуй и не плач!
Я не верю в упокой
душ, обнявшихся с землей.

Слезы в горле будто ком
под холодным молотком,
что в крови и ереси.
Боже праведный, спаси!

У треножника Христа
мир ютился, но холста
бог, воскресший до зари,
никому не подарил.

Мне бы жить: мёд, пиво пить
да кого-нибудь любить,
не задумываясь, кто
сшил мне белое пальто.

Скоро ужасу и мне 
в гроб ложиться при луне
и тащить себя на суд,
как снежинку и сосуд.

Ё моё, я не смольё, 
а янтарь и мумиё.
Надо мною вороньё,
слухи, клёкот и враньё.

Дотянуться б до грача.
Догореть бы, как свеча.
Долюбить бы, докурить.
Допродеть в иголку нить.
ДЕКАДАНС, 1997