парк

поникла облысевшей головой
берёза под метельный сиплый вой.
и клён болезный в холоде зачах —
разлёгся снег на высохших плечах.

согнулся парк, не выдержав накал,
а кто-то на скамейке настрогал
вчерашний день и сыр, и колбасу.
налил и выпил истину и суть.

звенел помятый пластик как хрусталь,
зима читала каждому мораль.
и каждый шёл с зимой на компромисс.
голодный птах летел не вверх, а вниз.

мёрз классик в бронзе, мёрз, почти замёрз,
но вспомнил, что уже лет двести мёртв.
а у живых внутри росла дыра,
и многие пытались строить храм,
из чувств варили день и ночь каркас.
всё это видел классик сотни раз.

тот на скамейке не построил стен,
да, Бог с ним.
он был попросту блажен.

бежали дети, разрывая круг,
и таял снег в захвате детских рук.


Рецензии