Когда был Гитлер маленький

Когда был Гитлер маленький с курчавой головой,
Он тоже бегал в валенках по горке ледяной.
Однажды в детском садике его побил еврей,
И он решил им отомстить и стал расти скорей.
Не знали люди, кто тогда задумал холокост,
А потому он всё играл и очень быстро рос.

Но злоба зрела в сердце, как червь в земле сырой,
И жажда мести выросла, как гриб над головой.
Он слушал речи громкие, где ненависть звучала,
И верил в силу страшную, что власть ему давала.
Мечтал о славе вечной, о власти над страной,
И образ этот рос в душе, как призрак роковой.

Он рос, учился хитрости, плести интриг узор,
Искал поддержки тайной, готовил приговор.
Слова его, как яд змеи, в сердца людей текли,
И семена раздора всем они в душе несли.
Он видел в людях слабости и признаки врага,
И жаждал уничтожить всё, чем жизнь им дорога.

И вот уже не мальчик, а юноша предстал,
С горящим взором, полным зла, что в сердце он собрал.
Он видел мир в обломках, где будет он царить,
И о захвате всей Земли он начал говорить.
И верил он, что сила вся в жестокости лежит,
Когда плохая кровь врагов потоками бежит.

В его обиде детской  таился страшный яд,
Что разъедал сознание, как ржавчина снаряд.
Он видел в каждом взгляде насмешку и презренье,
И мир казался каменным и полным униженья.
В его душе сто тысяч ран горели изнутри,
И жаждали возмездия, чтоб всех сожгли они.

Он рос, но детство кончилось, оставив лишь следы
Того, что стало почвой для будущей беды.
Он видел в людях слабость, а в слабости - порок,
И думал он, что сила лишь способна дать урок.
Его слова, как плети, хлестали по умам,
И сеяли сомнения, и страх бросали там.

Он начал строить мир свой, где он один - закон,
Где места нет сомнениям, где правит только он.
И образ этот рос и рос, всё ярче и быстрей,
И ненависть к евреям - горела всё сильней.
Он верил в силу расы, в её особый дар,
И в то, что мир очистит вдруг её кровавый жар.

Он видел в каждом жесте и в каждом слове -знак,
Что подтверждал весь этот бред, что он не просто так.
И жаждал он очистить мир от тех, что стало чуждым,
И верил, что лишь так потом он  станет миру нужным.
Его душа, как бездна зла, что поглощала свет,
И в ней рождался дикий монстр, как варварский ответ.

Он начал речи всем толкать, где злоба и обман,
Где каждый враг его - еврей, и каждый - враг тиран.
Он обещал величие, и землю всем вернуть,
Врагов нашел он быстро, чтоб шею им их свернуть.
И верил он, что праведен его кровавый путь,
И сможет даже целый  мир он под себя нагнут.

Он собирал толпу людей, что жаждала огня,
И верила словам его, врагов во всём виня.
Он строил планы тайные, коварные, как ночь,
И собирал сторонников, друг другу чтоб помочь.
Те планы всё ещё живут в нацистских крепостях,
Мы разобьем их в СВО, развеем этот страх.