Снеговик и Ангел

Снеговик улыбался под жёлтой луною…
И на Ангела с крыльями так был похож…
И доволен был, в общем-то, этой судьбою…
До чего же морозный вечер хорош!
Пролетал в это время Ангел-Хранитель
По своим очень важным небесным делам.
Был с рожденья искусства он тонкий ценитель,
Но не с каждым умел говорить по душам…
Чуть увидев с высот белоснежное чудо,
Он спустился, чтоб лучше его разглядеть:
Не встречал он давно такого этюда —
Замер, крыльями вмиг перестал шелестеть…
— Эй, дружочек, я вижу здесь богохульство,
Кто позволил тебе эти крылья надеть?
Высшей мерой казалось земное безумство —
Наравне себя с нами поставить посметь!
Снеговик улыбался — его ведь сегодня слепила
Детвора озорная на школьном дворе…
И не знал, что из веточек тонких ему подарила
Пару крыльев, блестящих в ночной мишуре…
Ангел ждал — и в морозной, звенящей тиши
Застывал его гнев, как узор на стекле,
И коснулась ладонь его снежной души
Так, как трогают чудо — неслышно, во сне…
— Говори, — прошептал он, — коль сердце не спит…
Невозможно — но слышит он Ангела зов.
Снеговик вдруг вздохнул — голос снежный звенит,
Становясь тёплым смыслом живых, тихих слов.
— Я не равный тебе, — он сказал без стыда, —
Я — мгновенье игры, я — улыбка зимы,
Меня делали дети во все времена,
Ведь рождаются крылья из заветной мечты.
Их ладони дрожали, но верили в свет,
В то, что чудо не знает ни званий, ни лет,
Быть улыбкой для мира — вот главный завет,
Вот такой в Рождество получился ответ.
Ангел слушал — и крылья его серебрились,
Улыбался уже, отпуская свой гнев,
И снежинки меж ними, как звёзды, кружились,
Запечатав навек этот светлый напев.
В эту ночь так близки стали между миров,
Говорили о детях, о вере живой и святой,
О добре, что не знает земных холодов,
О любви, что живёт между небом и грешной землёй…
А под утро — лишь снег, и не видно крыльца,
И пропал снеговик, не оставив следов,
Только небо смотрело теплее с лица,
Будто стало хранителем детских снов.
— Он ушёл… — прошептал кто-то, глядя туда,
Где рассвет поднимался, как ангельский след.
— Может, с Ангелом дружбу обрёл… навсегда?
И у каждого в сердце — свой тихий ответ…


Рецензии
Здравствуйте, Гуланочка! В поэме столько тем, может быть и больше... за стихом.
Это необыкновенно! У меня даже нет слов, с ответственностью заявляю - это
БОЖЕСТВЕННО! Такую поэму написали, и правда, просто - чудо!
Но какие высокие отношения, неземные!
Это пример людям, которые на Земле творят губительные войны, убивают своих, тоже людей, проживающих на Земле - и куда здесь, какая-то дружба, когда эти Сильфиды ждут своего часа.
"Я мгновенье игры" - так просто, улыбнулся снеговик без страха, зная, что не оставит следов, кого из людей выбрать таким героем, кто пойдёт со злом на битву, не боясь смерти.
А если обретаешь с Ангелом дружбу, ты достоин потому, что праведно живёшь, сражаешься с неугодными Богу помыслами и поступками, поднимешь падшего, отдашь свой кусок хлеба.
Гуланочка, в вашей поэме можно столько найти "знак-мысль:" что ни строка - то мудрость ваша душевная. И потому что, сегодня на Земле есть властвующие злые силы, я хочу сказать вашими словами последнюю строку с приставкой "НО":
Но "у каждого в сердце - свой тихий ответ" от тех, кто не верит в Ангелов. Бог им судья будет. Благодарю, когда вас читаю, я так много вижу хорошего, всех благ!

Светлана Романенко 01   13.01.2026 06:44     Заявить о нарушении
Сердечно благодарю, дорогая Светлана, за столь тонкое и многослойное прочтение.
Для меня особенно ценно, что в рождественской сказке «Снеговик и Ангел» был услышан не только сюжет, но и её внутренняя тишина — то пространство между строк, где рождается смысл.
Этот текст изначально задумывался как аллегория диалога между конечным и вечным, между тем, что тает, и тем, что остаётся. Снеговик — образ хрупкого земного бытия, мгновения, обречённого на исчезновение; Ангел — символ присутствия иного измерения, не вмешивающегося насильно, но всегда находящегося рядом. Между ними возникает не спор и не чудо в привычном понимании, а доверие — редкая форма связи между мирами.
Мне было важно сохранить сказочную простоту образов, чтобы за ней постепенно раскрывался философский слой: о принятии своей временности, о праве быть несовершенным, о встрече с вечностью без страха и пафоса. В этом смысле Рождество здесь — не событие календаря, а состояние души, когда даже самое непрочное обретает смысл.
Если произведение открывается постепенно, если каждый читатель находит в нём свой пласт — значит, сказка продолжает жить, выходя за пределы текста. Я искренне рада, что «Снеговик и Ангел» был прочитан именно так — как тихое размышление о любви, выборе и присутствии света в самых неприметных формах.
Приглашаю читателей войти в это рождественское пространство без спешки, с открытым сердцем — туда, где сказка становится разговором, а простота обретает глубину.
С благодарностью, теплом и любовью,

Гулана   14.01.2026 22:05   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.