Наводнение Санкт-Петербурга Ржевский Г. П. 1827

(7 ноября 1824 года - наводнение в Санкт-Петербурге)

Свершился рок судьбы жестокой!
Легла на Петроград печать,
В сердцах оставя след глубокий,
Сей день с слезами вспоминать!
С утра ни что не предвещало
Того, что время приближало;
Всяк думал завтра лобызать
Свою семью, иль брата, друга,
Сбирался для родного круга,
Что нужно к пользе, предпринять.

Но вдруг! В тот день же, разъяренный
Эол, всю влагу всколебал,
Невы на устье устремленный
Он море и Неву подъял,
Взбугрились волны, и горами
Неслись, казалося, над нами,
Покрыть прибрежность, острова;
Земля как будто опустилась,
Волнами бурными покрылась
И сушь мгновенно, и Нева.

Слезами как не обливаться,
Когда страдальцы при тебе
В пучине гибнут и томятся
В напрасной с смертию борьбе?
И на деревьях для спасенья,
Страшась судьбы ожесточенья
Хотя нашли себе приют,
Но отрываются волнами,
Иль слабыми держась руками,
Им смерти неизбежной ждут.

Дома отторгнуты несутся
С брегов на яростных волнах,
На кровлях сорванных влекутся
Живые, с смертию в чертах,
Их вид все взоры ужасает,
Их стон всем сердце проникает,
Никто достичь не мог до них,
Их домы в домы ударялись,
С ужасным треском разрушались,
Волнами поглощенны в миг.

Всегда покой ненарушимый
Вкушал, кто жизни кончил путь;
Тревожить прах землей хранимый
Доселе рок не мог дерзнуть;
Но тут, - природе в содроганье!
В Смоленском (прим. кладбище) мертвых пребыванье
Хранимо времени рукой,
Волной разрыто самовластной,
И в день потомству столь ужасный
Нарушен мертвых был покой!

Кто в Емельяновке родился,
Под сень древес там приходил,
Природой сельской веселился,
Под кровом Тентелевой жил -
Приди! И горестью убитый,
Найдешь ты брег один изрытый!
Глас чувств своих тогда внемли!
Где жители? Тела их, домы? -
Ветр дунул, и волной влекомы
Тут стерлися с лица земли...

Но смерть с волнами лишь умчалась,
Оставив разрушенья след,
Повсюду помощь простиралась –
Ее несчастным Царь дает;
Везде им пища, и одежда,
На доброго Царя надежда,
И с новою зарей тогда ж
Он щедро заменил уроны, -
Отерлись слезы, смолкли стоны,
Лишь слышно: «Царь спаситель наш!»

Взято из сборника 1827 года "Новые басни и разные стихотворения" Г.П. Ржевского