Мы с песней лихою по службе прошли 9

Мы ударники комунестичегокуда. Мы — это я и друг Василий. Причём Василий трижды ударник. Он генератор всех успешных поставок населению стройматериалов. Он сэнсэй в этом деле. Мы оба с ним выносливые ребята. Очень выносливые. В смысле вынесем всё, что нужно, и продадим.
Василий — добродушный парень. С широкой улыбкой, крепыш, сбитый и сильный. Он, в отличие от меня, разговаривал спокойно, негромко и убедительно. Настолько спокойно и убедительно, что подчинённые его слушались. И о чём бы он ни говорил, всё равно интонации его голоса были добродушными. Вкупе с улыбкой от уха до уха, это придавало любой беседе добрые нотки.
В промзоне, на которой строился новый завод, было несколько промышленных предприятий, в том числе и ДОК (деревообрабатывающий комбинат). В основном он занимался изготовлением шпал. На мощных распиловочных станках из брёвен пилились шпалы, затем козловым краном вывозились из цеха и складывались на территории ДОКа.
В один из летних дней Василий нашёл меня на стройплощадке и позвал посмотреть на кучу попиленных шпал, а пока шли, рассказал, что есть один станичник, которому нужно десять шпал для устройства пола и что он готов платить по червонцу за шпалу. В ценах 1978 года, когда бутылка водки стоила 3.62, это был хороший заработок за пару часов выносливой работы. А ещё он сказал, что уже договорился с водителем ЗиЛа, который вечером готов перевезти стройматериал в станицу.
Огромная куча шпал лежала на путях козлового крана. По ту сторону кучи, метрах в ста, была сторожка. Мы каждый день проходили мимо неё по несколько раз, идя на работу и в обратно. Куча была настолько высокой, что самой сторожки не было видно. По эту сторону кучи, метрах в пятидесяти, были ворота из вертикальных металлических прутьев, а за ними уже и дорога, на которой будет стоять грузовик.
Одним словом, работа непыльная, но заработная. Решение было озвучено крылатой фразой из любимого фильма: «Как стемнеет, будем брать».
Вечером, после того как был проведён весь регламент по вечерней поверке и отбою (жажда наживы не должна мешать доблестному несению службы и своих служебных обязанностей), мы с Василием ушли в темноту.
Пройдя мимо сторожки, заодно угостив сторожа Петровича сигаретой, мы издалека обошли кучу и подошли к ней со стороны ворот. Нужно сказать, что несколько мощных прожекторов освещали всю кучу.
Обращу ваше внимание на то, что мы хоть и выносливые ребята, хоть и ударники комунестичегокуда, но марку качества держим. Не халтурим и несём на своих плечах в люди только высококачественные материалы. Поэтому Василий и предложил брать только хорошие шпалы. Вот мы и выбрали первую ту, которая была покрупнее. Когда мы взвалили шпалу на плечи, я подумал, что и шагу не смогу сделать.
Легендарная реприза «Бревно» с Юрием Никулиным и Михаилом Шуйдиным была снята в 1978 году, похоже, что с нас. Наверное, всё-таки кто-то видел, как мы несли эту шпалу. Я шёл впереди и не видел, как шёл Василий, но у меня ноги точно были похожи на колесо и вдобавок дрожали. Сил не было даже материться, поэтому, сжав зубы, мы медленно и молча шли к воротам.
Мы служили на этом заводе, на этой промзоне полтора года. Один год и шесть месяцев. За всё это время эти железные ворота были закрыты всего один раз. Именно в тот самый вечер. Вечер нашего финансового обогащения.
Сейчас вспомнил анекдот, пока не забыл, расскажу вам.
Живут в деревне два кота. Два любителя вольной жизни. И жизнь их за долгие годы потрепала. Одному один глаз выбила, а второму оба. (Вот незадача, котов-то чаще всего Васьками называют.) Вот один из котов, тот, который с одним глазом, прибежал к другу и говорит, что в соседнюю деревню, та, что за лесом, привезли кошечек-студенток и вечером будут танцы. Он предложил другу сходить на танцы, вспомнить молодость, ну и приударить за кошечками.
«Васька, какой из меня ходок, я и дороги не найду, не увижу», — пожаловался друг.
«Я всё продумал», — парировал Васька, — «ты вцепишься мне в хвост, а я тебя и проведу через лес».
На том они и порешили. И когда стемнело, пошли на танцы. Шли они шли, лес становился всё гуще. И в какой-то момент, когда луна зашла за тучи, Васька напоролся единственным на двоих глазом на сучок и остановился. Следом ткнулся в него его друг.
«Что, Васька, пришли?» — спросил он шёпотом.
«Да, пришли уже», — зло ответил Васька.
Друг вышел из-за спины и громко произнёс в темноту: «Здравствуйте, девочки, здравствуйте!»
Я почему вспомнил этот анекдот? Да потому, что я, как тот кот, уткнулся в ворота, на которых висел огромный замок, а Василий на том конце шпалы спрашивает у меня, почему стоим.
Задача усложнилась до невыполнимости. Мы точно знаем, что если опустим шпалу, то уже не сможем поднять. Назад тоже не донесём. Бросить и уйти означает остаться без денег и накликать всевозможные проверки.
Кое-как я протиснулся между прутьями, и мы таким образом вытащили шпалу. Ко всем нашим неприятностям, водила остановился очень далеко, и пришлось ещё до него нести без отдыха. Забегая вперёд, скажу, что мы в порыве честности взяли не распиленную на два шпалу.
На этом приключения нашего вечера не закончились.
Мы неспеша вернулись к куче шпал, по пути внимательнее осмотрев ворота. И как только нагнулись за очередной шпалой, вдруг раздаётся резкий скрип несмазанных дверных петель, и громкий голос сторожа Петровича разорвал тишину.
«А ну, куда понёс??? Положи, где взял!!!».
Мы хоть и малярная армия, но всё-таки армия. Упал — отжался, вспышка справа, вспышка слева, мы это знаем. Падать и принимать нужное положение за укрытием мы умеем. Вот и растянулись с Василием в тени брёвен. И лежим, слушаем тишину. А тишина тем временем, упомянув чью-то мать, снова скрипнула захлопнувшейся дверью и затихла.
Решил я сходить к Петровичу и поинтересоваться, кого он видел. Обошёл кучу и зайдя в сторожку спросил, почему он кричал.
«Да то я сижу, сижу, потом вот так ногой толкаю дверь и кричу: «Куда понёс? Положи, где взял. Глядишь, кто-то и положит».
Вернувшись к своему боевому товарищу, к своему выносливому сэнсэю, я рассказал ему ситуацию, и мы спокойно продолжили начатое дело. Брали уже нормальные шпалы и не торопясь относили в подъехавший ближе грузовик. Пока носили, Петрович еще раза три поинтересовался, куда мы понесли, но, не дождавшись ответа, опять закрывался в сторожке.

Махмуд Лаюк
09.01.2026 Энем.