Алиса, а это... Литература?

Александр Марков:

"Литература не умирает и не умрет. Она, как и во времена Писистрата, Гераклита и александрийских библиотекарей, находится в перманентном поиске новых форм союза с медиумом и властью — будь то власть тирана, жреца или алгоритма. Ее будущее — не в слепой верности бумажной странице, а в гибкой и жадной способности стать вместилищем, архивом и критическим осмыслением всего многообразия человеческого (и не только человеческого) опыта. Она снова должна стать тем, чем была в свои лучшие времена — не просто развлечением или моральным уроком, а сложной машиной по производству смыслов, собранной из обломков старых ритуалов и деталей новых технологий. И в этом глобальном процессе Россия, с ее вечным поиском пути, незатихающей рефлексией и исторической склонностью ставить онтологические вопросы поверх бытовых, имеет все шансы сказать свое, трудное, неуютное, но необходимое слово. Слово, которое будет рождаться не в тишине кабинета, а в гуле цифрового шторма, вбирая в себя его ярость и его молчание."

...

Прочитал в "ЛиТЕRRатура" статью Александра Маркова "Литература как редкость". Захотелось откомментировать:


АЛИСА, а это...литература?


После прочтения статьи  Александра Маркова "Литература как редкость", хочется, бросая очередные электронные файлы в мусорную корзину, спросить нейросеть: Алиса, а может быть это...литература?! Любая экстраполяция в будущее - дело изначально рисковое, хоть и увлекательное. А. Марков делает это играючи, со знанием дела (исторического основания) и термин "гомо люденс", введённый известным ученым Й. Хёйзингой, играет новыми красками и смыслами. Сам Хейзинга предупреждает:

"Человек нажимает кнопку, и жизнь врывается к нему в дом. Может ли такая жизнь сделать его духовно зрелым? Совсем напротив. Весь мир стал для него игрушкой. Нет ничего удивительного в том, что он держится, как ребенок."

Мальчик Онфим, ученик новгородской школы, вырезая в XlI веке на бересте очередного смешного зверька, не мог предположить, что спустя много лет его "школьный дневник" станет бесценным  источником научного анализа, в том числе и литературы. Что будет через двести лет (по А.М. например "музей компьютерных игр и киноэффектов") с точки зрения самой Литературы - разновидность НФ (или очередной текст Пелевина)).

 Допустим будет существовать Литература:
- зафиксированных нейроприложением сновидений?
- тексты на грани расшифрованного языка животных?
- очередное приложение, способное моментально дереализовывать реальность?
- постапокалиптический чат-бот, помогающий найти стихотворение, как...глоток чистого воздуха?
- лингвистика удовольствия, получаемого через воспроизведение текста?
- ещё?

Исторические источники, влияющие на настоящее и будущее, помогают восстановить меняющуюся картину литературного процесса, но совершенно не способны прогнозировать её будущее!

(Пока ещё) с человеческой точки зрения, как мне кажется, вопрос литературы - это вопрос (возможно-обязательных) договоренностей всех участников литпроцесса. В связи с этим вспомнилась совершенно далёкая от рассматриваемой темы книга Бернара Лиетара "Будущее денег", в которой известный бельгийский экономист, один из создателей Евро, приходит к выводу: деньги - это всего лишь договоренности по поводу того, что считать деньгами. То есть поменяем эти договоренности и получим...криптобиржу. Поменяем договоренности по поводу литературы и получим, например, "литературу как убежище от самого интернета" (А.М.)

Попытка А.М. "вычислить" российский цифровой след в этом будущем море представляется интересной, но... слишком современной! Кажется, что автор описывает свой собственный презентативный "Русский проект" с мечтательным наблюдателем по центру, но забывает то, с чего начал: "литература - редкий цветок". Финальный скрытый оптимизм А.Маркова заслуживает лайка. Надеюсь, что весь текст статьи написан без помощи нейросети. ;(А вот интересно, что она кстати написала бы о...???)