Гости пришли

Уже отлетал я. Решил, что пока
Я крылья запрячу за антресолью,
А мысли запру в темноте чердака.
Они не нужны на угарном застолье.
Вожму в табуретку приплюснутый зад,
И буду смотреть на едящих и пьющих.
Мне сил не хватило. Я сам виноват,
Что недостижимы мне райские кущи.
Убогому духом – убогий предел.
Умею мечтать. Но, доходит до дела,
К тому, что замыслил,  к тому, что хотел,
Я шаг не могу сделать чётко и смело.
Я даже боюсь положить на весы
Два разных решения. Вдруг всё напрасно?
Я вновь свой порыв зажимаю в тисы.
Пусть грустно, но всё, что последует ясно.
Сидящие рядом опять о своём,
О самом насущном, заходятся в споре.
Проходят часы. Мы едим или пьём,
Пока кто-нибудь не объявит о сборе.
И все, как один, соберутся домой,
Начнутся прощания приторно громко.
В кого-то удастся залить по одной.
А кто-то исполнит репризу ребёнка.
И вновь тишина. Шум уходит за дверь.
Тарелки заложены в посудомойку.
Спектакль завершен, остаётся теперь
Раздеться, умыться и сразу же в койку.
А крылья лежат там, за шкафом, в пыли.
Лишь мысли спустились и заняли место,
Но, всё же, с собой темноту принесли.
И стали стучать молоточком протеста.