Романовы ч. 7-19

XIX.

Но только не было ответа,
И странным виделось всё это...
Однако, всё переменилось
Три с лишним месяца спустя:
Дверь в камеру к Петру открылась;
Как новый гривенник блестя,
Увиденному не смутилась,
В неё вошла, остановилась
В проёме, к мраку привыкая,
И, офицеров созерцая;
Меж них с брезгливостью прошла,
Кого-то, не жалея, пнув;
Кого-то локотком толкнув,
К Петру надменно подошла...
Ах, Боже мой, она ль ужель?
О, да! Та самая Нинель!


Рецензии