Горы полуострова Сьорд

(легенда племени инуитов)

Вступление.

Давным, брат, давно мир был полон волшбы,
Свет с тьмою кипели от танцев злых духов,
Что в тундру несли смерть, боль, страсти и муки
И тень откровений и вещие сны.
Круг Вечный рожденья под пологом звёзд,
Связь, братство с животным и с птицей и с гадом,
С безмолвием зимним, с травой, почвой, с камнем,
Со смехом богов в звуках бурь, летних гроз.
Они по сей день спят в метелях, в дождях,
Но мало средь нас теперь, друг мой, шаманов,
А труп чужестранца - святое распятье,
Что может дать людям, живущим в степях?
Присядь милый друг и послушай мой сказ
О мире сгоревшем в зарницах, тьмой ставшим.
Всмотрись - он таится в очах моих старых
И теплится искрой, сребром в струйках фраз.

1

В то время все парни в посёлке, мой друг,
Учились в казги - общем Иглу Познаний
У тех, кто прошёл тяжкий путь слёз, страданий,
Охоты средь мглы, в коей скрыт Вечный Круг.
Сонм лучших добытчиков нёс в мир огнь снов,
Свой опыт и знанья юнцам, что их сменят
На длани сей тундры - жестокой арене,
Где царствует смерть, льётся в зев бездны кровь.
Когда-же цвет племени шёл к царству волн,
Чтоб жирных тюленей острогой бить метко,
То в Доме Познаний одни жили дети -
Резвились да пели, ругались порой.
И так уж случилось в далёкий тот день,
Что стайка парней подшутили над внучкой
Колдуньи жестокой, в чьём сердце лишь тучи
Кружились с злым духом из края теней.

2

Во пепле да в жире измазав свой лик,
Старуха, что ворон прокаркала - дочка,
Скажи, страшен вид мой, ужасны-ли очи?
Смогу-ль испугать я парней? Говори!
Возможно и мерзок твой облик да вот
Отнюдь не вселяет он трепета - знай-же!
Меня ведь храбрее любой робкий мальчик,
А там хулиганов полно - словно звёзд!
На плечи набросив накидку из шкур,
Колдунья скребком в кровь изрезала щёки:
Ответь-ка теперь мне, скажи правду строго,
Страшна-ль я, как ночь, как зарницы пурпур?
О, бабушка, да! Ты страшнее, чем свет
Багровой луны, что танцует средь неба.
Теперь то мальчишки за дерзость ответят!
До дрожи пугает в тьме твой силуэт!

3

Узрел бабку первым в тот день Амецук:
О, лик её был пострашней духов ночи!
До боли зажмурил он, верь мне друг, очи,
До хруста сжал пальцы слабеющих рук.
Ворвавшись в казги, крикнул бледный малец:
Глупцы, зря смеялись над той вы девчонкой,
Ведь бабка её из глубин почвы мёртвой
Прислала в сей мир тень поганых, злых мест!
Вглубь иглу забился мальчонка, что зверь,
За стенку схватился, дрожа от волненья
И вот, демон мрачный возник перед дверью,
Разверзлась земли хладной древняя твердь.
Стал дух танцевать да кружить, словно мгла,
Зло глухо камлать и швырять мести взоры.
А сонм из парней повторять за ним вскоре
Вдруг начал то действо на стыд свой и страх.

4

Был страшен тот танец во бликах огня,
А звук жуткой песни носился, что птица
Под сводами иглу, вселяясь мглой в лица,
То вверх устремляясь, то в лампах шипя.
Чрез час, может два, дух ушёл через дверь,
С собой уводя всех, кто двигался в пляске,
Молитву горланя в экстазе да в трансе -
Один Амецук выл в казги, как тюлень.
От жара ладоней на пальцы юнца
Упал блок стенной, пережав руки хваткой,
Тем самым не дав вслед уйти за друзьями,
В плен взятыми бабкой - злой тенью из сна.
Ведь вышло, что лишь Амецук не дразнил
Девчонку в тот памятный день перед иглу
И смерти суровой пасть, когти и крылья
Его не коснувшись рассыпались в пыль.

5

Чрез время мужчины вернулись в казги
И трус Амецук рассказал им о пляске,
О жутких молитвах, о духе укравшем
Всех дерзких детей и как вёл их в зев мглы.
Цвет племени шёл по следам вглубь степей
И вскоре узрел в землю вмёрзшие трупы
Несчастных юнцов, что почили здесь в муках,
Открыв в край космический тайную дверь.
Но только лишь руки коснулись, знай, тел,
То все они в миг тот вдруг скалами стали,
Хребтом полуострова Сьорд… В тьме печали
Побрёл люд домой с песнью слёз и потерь.
Так злая колдунья вдохнула в мир вновь
Грёз жуткие чары, но вместе с тем вечность
Дав умершим детям - их плоть, будто свечи
Взметнулась в длань неба к обители снов.

Заключение.

Да, верь мне, давно мир был полон волшбы,
Свет с Тьмою кипели от танцев злых духов,
Что в тундру несли смерть, боль, страсти и муки
И огнь откровений и вещие сны.
Круг Вечный рожденья под пологом звёзд,
Связь, братство с животным и с птицей и с гадом,
С безмолвием зимним, со мхом, с почвой, с камнем,
Со смехом богов в звуках бурь, вихрей, гроз.
Они по сей день спят в метелях, в дождях,
Пусть мало средь нас теперь, друг мой, шаманов,
А труп чужестранца - святое распятье,
К чему нашим людям, живущим в степях?
Фитиль прикрути, я закончил рассказ
О мире сгоревшем в зарницах, тьмой ставшим.
Всмотрись - он таится в глазах моих старых
И теплится искрой, сребром в струйках фраз.
07.01.2026.