Пусть мир шумит, пусть кружит в суете..

Пусть мир шумит, пусть кружит в суете..

Свет гасит день, и тишина разрастается, как сад,
в котором каждая тропинка — чьё-то «жду».
И я стою у сердца, как у врат,
где не берут монет и не
дают судьбу в кредит.

Мы так похожи в главном: больно быть одному,
когда успех сверкает,
как вывеска в витрине,
а за стеклом — ни тёплых плеч, ни «ты любим»,
ни простоты, которая лечит лучше всех причин и линий.

Мне не нужны награды, слава и пьедестал,
когда ладонь пуста,
а вечер слишком долог.
Я видел тех, кто почти покорил мир,
но не нашёл того, кто
стал бы мне родным и сильным.

Счастлив не тот, кто выше и быстрее,
а тот, кто может тихо опуститься
рядом с кем-то в полумраке дней
и услышать, как другое
сердце учится светиться.

Когда твоя рука уверенно берёт мою —
мне кажется, что я
читаю тайный шрифт вселенной:
в нём сказано:
«Я здесь, я сохраню,
я не уйду, когда ты устанешь
быть железным».

Любовь — не сделка. Её нельзя купить,
как хлеб, как время, как билет до лета.
Её дают не «за», а чтобы жить,
как дар дыханья, как
внезапный луч рассвета.

Она приходит не за громкими делами,
не за успехом, не за медалями и отличиями,
а за способностью
быть теплом в углах,
где страх ночует,
пряча голос без привычки.

И если ты умеешь не ломать,
а бережно поддерживать чужую слабость,
то жизнь начнёт узнавать тебя,
и скажет:
«Вот он — смысл, вот он — радость».

Мы строим дом не из кирпичиков слов,
а из внимания: «как ты?»,
«я скучал (а)», «будь рядом».
Из тысячи тихих мелочей,
где взгляд — как хлеб,
а тишина — как сладость.

Пусть мир шумит, пусть кружит в суете,
пусть обещает чудо в обёртке,
но чудо — это вечер над тобой,
и плечи, на которых
можно спать без остановки.

И если завтра снова будет шторм,
и если снова станет тесно от тревоги,
ты просто скажешь: «Я в твоих домах»,
и я пойму, зачем мне все эти дороги.

Так будь же мне нужен — не
как роль, не как броня,
а как дыхание,
без которого темнеют стены.
А я тебе — как тихая земля,
где даже боль прощается
 и становится согретой.

Счастлив тот, кто
любит беззаветно,
кто дарит свет,
не требуя расплаты.
Ведь сердце близкого — это тот круг,
в котором мы впервые
становимся богатыми.