Филипа леал жидкий город

Город двигался как судно. Нет. Возможно, где-то разверзлась земля. Нет. Это было головокружение. Прощание. Нет. Возможно, город был из воды. Как выжить в  городе – жидкости?

(Я пыталась удержаться на плаву, как судно.)

Птицы намокали напротив башен. Всё испарялось: колокола, часы, коты, земля. Загнивали волосы, взгляд. На пороге дверей неподвижно стояли рыбы. Прочные мачты поддерживали стены. Моряки наводняли таверны. Они громко смеялись с вершин кораблей. Рассекали входы. Люди ловили рыбу в доме. Спали на очень тонких платформах, похожих на плоты.  Тошнота и холод окрашивали их губы в фиолетовый цвет. Они ничего не видели. Любили наспех, когда вечерело. Это был страх смерти. Город был похож на кристалл. Он двигался вместе с приливами и отливами. Он был зеркалом других прибрежных городов. Когда он приближался, то затапливал здания, улицы. Он присоединялся к миру. Топил его. Жители городов, видевшие его приближение, приходили в недоумение, смотрели то на него, то друг на друга. Умирали от тщеславия и задыхались. Уносимые течением цеплялись за остатки своих домов.  Они чувствовали себя виноватыми. Они боялись наказания. Столько раз они хотели ослабить путы города. Теперь они уносились вместе с ним, внутри жидкого города,

(Я осталась на том же самом месте, откуда он вышел.)