Всё тот же дождь штурмует дом.
Прикинувшись глухим,
сидишь за кухонным столом
и лопаешь стихи.
Тюремщик дому своему,
сам не наешься впрок,
и этот голод не уймут
ни Пастернак, ни Блок.
''Мело, мело по всей земле...''
Зачем мело?.. Куда?..
Всё множит раны на стекле
небесная орда,
диктует неуёмный дождь
четырёхстопный ямб:
''ночь, улица, аптека'', нож –
у горла фонаря,
и свет, ударив по глазам,
погаснет наконец.
Заплачешь над собою сам –
убийца и мертвец.
Наврать с три короба себе,
про всё себе наврать!
И тень повесить на столбе,
и рухнуть на кровать.
И пролежать до той поры
со слепотой в глазах,
когда дозреют снегири
на снежных проводах.
Когда погибнет дождь, о дом
вспоров себе живот,
то даже книжный шкаф ни в чём
тебя не упрекнёт.
Осада и голод
© Copyright: Луна Манакури, 2026
Свидетельство о публикации №126010806634
Свидетельство о публикации №126010806634
Рецензии