О как!

Выпью сто, поем грибов,
На щеках щетины щётка.
Девки пишут про любовь.
А зачем?
У них щекотка.

Быт простой мой: керогаз,
Веник и другая шняга,
В стайке холстомер Пегас,
Молчаливая коняга.

В два без четверти – обед,
В три – включу лэптоп скрипучий,
Почитаю девок бред:
Треба в приступе падучей.

«О как!» –  тихо улыбнусь.
Мелодично-страстны трели.
Подкручу обвисший ус,
Бормоча: «… и мы хотели».

Все витали в облаках,
Все дурели от щекотки.
Что потом? Мечтаний крах.
И к обеду сто грамм водки.

В холоде сижу, охрип.
Стук – железные коронки.
Щёку тру, лэптоп – скрип-скрип.
«О как!» – улыбнусь девчонке.

В голове – толпа беся́т.
У кого? Да у девчонки.
Глянул, ой, ей – пятьдесят,
Грим и взгляд, как у шпионки.

Знает всё про то и это,
Про аборт, минет, декрет,
Даже множество Парето
Для «девчонки» не секрет.

Как гормоны разыгрались.
«О как! О как!» – бормочу.
Помню, самовозгорались
Бабы, хныкая: «Хочу…»

В плачь дудук, грустит зурна,
Чувства бабьи, как взрывчатка.
В огороде бузина,
В Киеве, вестимо, дядька.

Скрип лэптопа, стук зубов,
Мой Пегас похож на клячу.
«Девки» пишут про любовь,
Выпью сто – смеюсь и плачу.