Свечи
и гулкой поступью, обиженно и как бы ворочась, закончится ночь.
Если честно, уже и не вспомнить, сколько впустую растраченных лет
я пропустил сквозь свой седеющий взгляд, чтобы хотя бы что-то смочь.
Дабы усохшее тучами небо и впредь было бы высокой ширмой для бога,
я перестал ставить благоухающие горем свечи в церквях и храмах:
по-настоящему злых людей всё равно бесконечно много.
Лица мелькают в закольцованной глади дней,
повторяя одни и те же телодвижения, блуждая раз за разом.
Спираль повседневности доведёт грешного до врат рая,
и, несмотря на содеянное, его впустят — и будут правы.
В запинающемся ворохе предначертанной очередности
я так и не успел понять, о чём грустит бог:
о том, что люди перестали, сами того не желая, быть добрыми,
или о том, что он и сам одинок.
Свидетельство о публикации №126010800618