Дети города

Вьются тучи, бьются тучи, отчуждение клубя,
Рассыпают снег блескучий без надежды на себя.
И простого потеряться проще пальцев об асфальт:
Ничего теперь не надо, никого теперь не жаль.
Побежала мышка-мама, стала город в няньки звать:
Собери моих мышаток, где им выжить и поспать.
Раскатились по сугробам два стручка моих детей:
Снег летучий станет гробом, похоронит без затей.
Подворотнями сощурься, набережными услышь:
За какую нежность шкурки погибает мой малыш?
Город действует серьезно, торопиться не с руки:
Околоточный троллейбус пустит вдоль своей реки,
Помигает фонарями, загудит ночной  баржой,
И худое отпускает, и – глядишь – дошли домой.
А пока дурная вечность вьет кошмары в голове,
Сонный город смежил веки на диванчике в фойе,
Где доигрывают драму все двенадцать драчунов,
Покатившись, завалявшись закоулками клочков.
Спит резиновая Зина, спят четырнадцать мышат,
Спят осины, апельсины, только улицы не спят:
Зло усталыми руками разворачивают вспять.
Город дремлет на диване, но проснётся поддержать.