Цирк советский

Под куполом гарь, опилки и страх,
Смеются по команде, плачут в такт.
Здесь правда висит на тонких руках
И рвётся, как старый канат.

Клоун красный не клоун, а вор,
Он прячет глаза под грим.
Он шутит, пока не придёт контролёр
И не скажет смейся другим.


А цирк не кончается круг да круг,
Мы бегаем, сжав кулаки.
И каждый артист, и каждый трюк,
И каждый боится сорваться с руки.
Здесь хлопают значит, живой пока,
Не хлопнут спишут в утиль.
А купол высокий почти облака,
Да выхода нет только пыль.

Эквилибрист идёт без сетей,
Под ним тишина и бетон.
Он знает сорвёшься не будет детей,
Но шаг по приказу времён.

Дрессировщик шепчет смирись,
Зверю в глаза не глядя.
А зверь понимает вся эта жизнь
За мясо и медаль из меди.


А цирк не кончается круг да круг,
Мы бегаем, сжав кулаки.
И каждый артист, и каждый трюк,
И каждый боится сорваться с руки.
Здесь хлопают значит, живой пока,
Не хлопнут спишут в утиль.
А купол высокий почти облака,
Да выхода нет только пыль.

А где-то за сценой пот, мат и кровь,
Там не аплодируют, нет.
Там чинят судьбу, как старую новь,
Чтоб снова пустить на свет.

И если вдруг тишина не дай бог,
И зритель глаза отвёл,
Значит, ты больше не нужен, браток,
Ты номер уже отыграл.


Но я всё равно выхожу на круг
Без маски, без грима, без лжи.
Пусть знают не каждый артист испуг,
И не всякая клетка жизнь.
Пусть рухнет канат, пусть свет погас
Я слово скажу до конца
Не цирк винова
Мы сами не раз
Покупали билет
Без лица.

А цирк не кончается круг да круг,
Мы бегаем, сжав кулаки.
И каждый артист, и каждый трюк,
И каждый боится сорваться с руки.
Здесь хлопают значит, живой пока,
Не хлопнут спишут в утиль.
А купол высокий почти облака,
Да выхода нет только пыль.