Вещества разного уровня наркогенности

О ДИФФЕРЕНЦИРОВАННОМ ПОДХОДЕ
К ВЕЩЕСТВАМ РАЗЛИЧНОГО УРОВНЯ НАРКОГЕННОСТИ
В ВОПРОСАХ ПРОФИЛАКТИКИ ЗАВИСИМОСТЕЙ.

ВВЕДЕНИЕ.

Реально осуществляемая профилактическая пропаганда против  алкоголизма, табакокурения, наркомании и токсикомании, несмотря на пугающие цифры и образы, зачастую вызывает парадоксальную реакцию протеста или нездоровое любопытство, т. е. даёт прямо противоположные результаты. Дело не только в формализме и низком уровне организации пропаганды. Зачастую врач, психолог или педагог сам имеет размытые представления о трезвом образе жизни, к которому  призывает слушателя, а если даже имеет чёткие представления, то сам такого образа жизни не придерживается. Отсюда схоластичность и неубедительность изложения, принцип двойных стандартов, негативно воспринимаемые даже на уровне подсознания не только подростками, но и вполне зрелой аудиторией.
Трезвый образ жизни –  единственный надёжный способ профилактики  зависимостей. Определение трезвого образа жизни кажется предельно ясным. Трезвый образ жизни – это не только отказ от употребления одурманивающих веществ и других заведомо вредных и опасных удовольствий, но и умеренность в питании и других полезных видах деятельности. Трезвость имеет не только психофизическую, но и духовно-нравственную составляющую, причём последняя имеет основополагающее  значение.
Даже если ограничиться рассмотрением проблемы употребления одурманивающих веществ, то и здесь не всё так просто и однозначно. Ведь не само по себе вещество, каким бы оно ни было, вызывает одурманивание, а его употребление в соответствующем количестве и чаще всего с соответствующей целью. Несмотря на широкий ассортимент веществ, употребляемых с целью одурманивания, в обществе сложилось далеко не однозначное отношение к разным веществам такого рода.
К табакокурению отношение, по крайней мере, на словах, негативное: его вред и опасность настолько очевидны, что признаются даже самими курильщиками – другое дело, что они не в состоянии преодолеть табачную зависимость. К наркотикам отношение ещё более негативное: слишком быстро развивается зависимость. Церковь осуждает наркотизацию и табакокурение. Исключение делается только для легальных наркотиков, применяемых в медицинских целях.
В отношении алкоголя подобного единодушия нет и, наверное, быть не может. Существуют древние народные традиции употребления вин. Но в древности они были лучшего качества, употреблялись в разбавленном виде, а крепкие спиртные напитки не употреблялись вовсе. Многие пищевые продукты (кефир, хлебный квас, кумыс) содержат в небольшой концентрации алкоголь. Церковь использует вино в богослужебной практике и благословляет по уставу разумное употребление вина. Современная алкоголизация населения вышла далеко за рамки народных традиций и церковного устава и сделалась нашим главным национальным бедствием, угрожающим демографической безопасности страны.
Одним словом, алкоголь относят и к одурманивающим веществам, от употребления которых надо отказываться, и к пищевым продуктам, в употреблении которых надо соблюдать умеренность. Поэтому в отношении алкоголя общественное мнение разделилось на сторонников полного отказа от спиртного (меньшинство) и сторонников «умеренного культурного употребления» (большинство).
Кофеин относится к той же категории веществ, что и алкоголь, т. к. содержится в пищевых продуктах (чае, кофе и какао). Но кофеинизм распространён главным образом в местах лишения свободы в качестве замены алкоголизации и поэтому, в отличие от алкоголизма, большой социальной опасности не представляет. Тем не менее, некоторые ревностные трезвенники отказываются не только от вина, но и от чая.
На данный момент в нашем обществе ситуация следующая. С наркоманией ведётся открытая, беспощадная, но малоэффективная борьба. Малоэффективна борьба и с табакокурением. Наступление против алкоголизма проваливается, поскольку подавляющая часть общества имеет весьма неопределённые представления об умеренности, сводящиеся к «ста граммам водки», с современными традициями расставаться не хочет, к древним традициям возвращаться не спешит и поэтому постепенно спивается. Создаются благоприятные условия для созревания крайних тенденций в отношении трезвого образа жизни.
К одной из крайностей тяготеют некоторые ревностные сторонники абсолютной трезвости. Они безоговорочно ставят алкоголь в один ряд с наркотиками, утверждая примерно следующее: «В отношении алкоголя некорректно даже такое понятие, как «злоупотребление», поскольку невозможно его употребление во благо: алкоголь вреден и опасен даже в очень малых дозах; продукты, содержащие его в любой концентрации, непригодны к употреблению, а сам процесс спиртового брожения есть порча и осквернение…». Подобных позиций придерживаются не только сектанты, но и некоторые представители традиционных христианских конфессий. К сожалению, они не учитывают многовековой опыт Церкви, в частности мнение святителя  Иоанна Златоуста: «Не от вина происходит пьянство. Вино есть создание Божие, а создание Божие не причиняет ничего худого, но порочная воля производит пьянство».
В основе зависимого поведения лежит не столько алкоголизация, сколько формирующийся с самого детства психологический конфликт с реальностью, от которой человек пытается уйти различными способами, из которых на сегодняшний день наиболее доступно алкогольное одурманивание.
Тем не менее, имеются сторонники полного запрета на производство и реализацию спиртных напитков, независимо от качества и крепости – «ради спасения нации от неминуемой катастрофы». Исторический опыт подобных запретов в нашей стране уже имеется. Первый «сухой закон» был принят в во время Первой мировой войны незадолго до революции и распада Российской Империи; второй – во время «перестройки» незадолго до распада Советского Союза. В первые месяцы и годы после принятия «сухих законов» отмечался рост производительности труда, резко снижалась частота несчастных случаев, суицидов, преступлений. Но затем разворачивались события, напоминающие больше массовый психоз, чем всенародную трезвость. В современной трактовке это не что иное, как «осуществление технологий управляемого хаоса с целью создания условий для смены государственного строя». Вынужденные трезвенники, а по сути – те же самые зависимые люди, искали другие способы ухода от реальности. Народ больше курил, тем более что ни один «сухой закон» не затрагивал производство и реализацию табачной продукции, несмотря на то, что эта сфера всегда контролировалась государством. В царской России наркомания была редким явлением, но люди потянулись в казино, публичные дома, религиозно-философские кружки, спиритические салоны, секты и политические партии.  В Советском Союзе не было казино и публичных домов,  но распространение наркотиков и религиозных сект в «перестроечные» годы приняло беспрецедентные масштабы.
Принудительная трезвость непродолжительна (вспомним «закодированных» алкоголиков). Производство и реализация спиртных напитков – дело сомнительное но, вместе с тем, – одно из самых  контролируемых государством. Другие, ещё более сомнительные дела государство не контролирует и поэтому не может их реально запретить. Односторонний тотальный запрет на такое распространённое явление, как спиртные напитки, приводит к нарушению «баланса сил»: освободившуюся нишу немедленно занимают другие, но уже практически никем не контролируемые сомнительные развлечения. Можно выиграть бой, но проиграть войну!
Современная «расстановка сил» – ещё более опасная, чем была в начале и даже в конце прошлого века! Наркобизнес развился до уровня международной империи. Выросло целое поколение молодых людей, испытавших на себе действие наркотиков. Нелегальное производство и реализация спиртных напитков фактически является частью наркобизнеса. Азартные игры, самые изощрённые формы разврата, а также разнообразные компьютерные развлечения, уже достигли уровня индустрии и поставлены на конвейер. Оккультно-магические учения всё активнее проникают в сферы науки, образования и медицины…
К другой  крайности тяготеют особо продвинутые сторонники «ценностей свободного общества». Они считают, что  настало время дать свободу всему  запретному и нетрадиционному, в том числе легализовать наркотики; что негативное отношение в нашем обществе к наркотикам – предрассудки и дань традициям.  «Употребление «лёгких» наркотиков ничуть не хуже и даже лучше употребления вина; наркотики – это более совершенный способ расслабиться и развлечься», – убеждают они, ссылаясь на опыт стран с иными историческими особенностями, национальными и религиозными традициями. Они не просто ставят нетрадиционные наркотики в один ряд с традиционным алкоголем, но идут ещё дальше, пытаясь поставить наркотики в преимущественное положение!
Наркотики – это действительно наиболее мощное и эффективное средство воздействия на человека, намного превосходящее алкоголь.
 - Наркотические вещества представляют собой «универсальный набор ключей от психики человека»: «особые состояния», недостижимые при помощи неспецифического воздействия алкоголя, легко достигаются под специфическим  воздействием наркотиков. Оккультисты и сектанты негласно, но активно, применяют наркотики в своей практике. Производится невиданное множество новых синтетических и полусинтетических препаратов, многократно превосходящих по эффективности натуральные аналоги.
- Наркотическое опьянение, в отличие от алкогольного, представляет большие затруднения для диагностики. Наркомана, в отличие от алкоголика, не выдают ни специфический запах, ни шатающаяся походка, ни другие бросающиеся в глаза признаки – даже специалист не сразу отличит лёгкое наркотическое опьянение от «просто весёлого настроения у незаурядной личности». В наркотическом трансе человек не чувствует  голод, холод, жажду и духовно-нравственные проблемы. Для него обеспечена иллюзия полного благополучия, «земного рая».
- В условиях прогрессирующего топливно-энергетического и продовольственного дефицита и, вместе с тем, небывалого развития высоких технологий производство спиртных напитков становится слишком дорогостоящим, тогда как производство сильнодействующих наркотиков значительно дешевле. Для смертельного отравления  города с населением 100 тысяч человек требуется железнодорожная цистерна этилового спирта. Триметилфентанил, известный под названием «белый китаец», в 500 раз сильнее героина;  смертельная доза – 1 мг. Его количество, достаточное для выполнения той же задачи, помещается в сигаретной пачке (!).
Вот и получается, что алкоголю скоро действительно будет не место во «всемирном обществе трезвенников», потому что его место займут наркотики!
Казалось бы, что общего у сторонников запрета спиртных напитков и сторонников легализации наркотиков?  Ведь первые преследуют благие цели, а вторые открыто проповедуют беззаконие! Основная идея, на которой сходятся вышеуказанные крайности – это стирание границ между традиционным и нетрадиционным, допустимым и недопустимым, контролируемым и неконтролируемым, а главное – между желаемым и действительным.
Ещё задолго до знакомства с одурманивающим веществом, а иногда и вовсе без его помощи, неразрешённый конфликт между желаемым и действительным побуждает человека уходить от реальности, тем самым формирует зависимую личность, легко поддающуюся манипуляциям и впадающую в различные крайности.


 ОПРЕДЕЛЕНИЕ УРОВНЯ НАРКОГЕННОСТИ
 ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ.
В нашем обществе и государстве, с учётом традиций и исторического опыта, сложился взвешенный дифференцированный подход к запретительно-ограничительным мерам в отношении различных веществ, способных вызвать одурманивание  (психоактивных веществ) в связи с тем, что эти вещества далеко не в одинаковой мере являются опасными. Степень опасности вещества в данном случае определяется по тому, насколько у него выражено свойство вызывать привыкание и зависимость. Это свойство называется «наркогенность».
У любого психоактивного вещества есть свой порог одурманивающего действия, т. е. минимальная токсическая (опьяняющая) доза. Поэтому имеются крайние суждения: 1)при трезвом образе жизни нельзя употреблять ничего способного вызвать одурманивание, даже чая и кофе; 2)к трезвому образу жизни можно относить употребление любого психоактивного вещества в дозах, не вызывающих даже минимального опьянения. Подобные противоречия можно устранить, различая психоактивные вещества по уровню наркогенности:
1.Низконаркогенные (условно наркогенные) вещества. Имеют высокий порог наркогенности, соответствующий порогу токсичности, т. е. наркогенный эффект начинается от минимальной токсической (опьяняющей) концентрации. Присутствие этих веществ в организме в меньших концентрациях не нарушает открытую систему обмена эндогенных аналогов и поэтому является допустимым отклонением. К таким относятся: этиловый спирт, ацетон, кофеин, изовалериановая кислота, серотонин и другие.
2.Высоконаркогенные вещества.  Имеют низкий порог наркогенности, который ниже порога токсичности или не существует, т. е. наркогенный эффект начинается практически независимо от концентрации. Присутствие этих веществ в организме в любых концентрациях нарушает закрытую систему обмена эндогенных аналогов и поэтому является недопустимым отклонением. К  таким относятся наркотические и близкие к наркотическим  психоактивные вещества.
Этиловый алкоголь в норме постоянно присутствует во внутренней среде организма здорового человека как нормальный продукт обмена веществ (метаболит) в физиологической концентрации до 0,02 г/л (или 0,03‰), т. е. не более 2,0 г на 70 кг веса, и принимает второстепенное участие в нормальном функционировании нервной системы и в энергетическом балансе. Он продуцируется не только клетками организма (эндогенный алкоголь), но и микрофлорой желудочно-кишечного тракта (экзогенный алкоголь), т. е. в норме постоянно поступает из внешней среды. Его концентрация в крови может повышаться не только после приёма спиртосодержащих продуктов, но и при усилении процессов брожения в ЖКТ.
Если концентрация алкоголя в крови достигает минимального токсического уровня – 0,3 г/л (или 0,5‰), т. е. примерно 20 г на 70 кг веса, то нормальный метаболит начинает оказывать не просто угнетающее, а разрушающее действие на липидные структуры клеточных мембран. Страдают все без исключения клетки, ткани, органы и системы, но в первую очередь – ЦНС и система микроциркуляции. Помимо клинической картины алкогольного опьянения и других функциональных расстройств, острая алкогольная интоксикация даже лёгкой степени вызывает необратимые органические поражения на микроскопическом уровне (в частности массовую гибель нейронов головного мозга). Необходимо отметить, что функциональные и органические расстройства  происходят вне зависимости от толерантности к алкоголю, которая не устраняет токсический эффект алкоголя, а только частично компенсирует его (!). При высокой толерантности к алкоголю в состоянии минимальной алкогольной интоксикации человек только субъективно чувствует себя трезвым, а объективно у него всегда можно выявить функциональные нарушения.                Этиловый спирт не включён в официальный список наркотиков, но во всех фармацевтических справочниках указано, что по фармакологическим свойствам он относится к наркотическим веществам жирного ряда. Появление токсического эффекта  всегда означает появление и наркогенного, т. к. интоксикация запускает механизмы перестройки функций организма для его долгосрочной адаптации к жизнедеятельности в условиях интоксикации.               
Между физиологической и токсической концентрацией алкоголя существует узкий интервал повышенной, но безвредной концентрации (0,02-0,3 г/л), в пределах которого опьянение (интоксикация) отсутствует. Все функциональные системы организма работают с некоторым запасом – (!) физиологическая концентрация удерживается на почтительном, безопасном расстоянии от токсической. Если концентрация алкоголя не достигает токсического уровня, то отсутствует не только опьянение, но и наркогенный эффект. При этом неспецифическое угнетающее действие алкоголя состоит только в замедлении процессов возбуждения и проведения импульсов и не имеет деструктивного характера, т. е. алкоголь  оказывает не опьяняющее, а лёгкое седативное воздействие. Если употребление спиртосодержащих продуктов не имеет целью алкогольное опьянение даже лёгкой степени и объективно не приводит к нему, то в этом случае имеет место трезвое употребление алкоголя. Традиции трезвого употребления вина существовали в древности и отражены в церковном уставе. Современные традиции «умеренного культурного винопития» и «ста граммов водки» на самом деле представляют собой умеренное пьянство, подменяющее понятие истинной умеренности.                Для трезвого употребления алкоголя, помимо статического» критерия (концентрация в крови – менее 0,3 г/л), есть и «динамический»(скорость поступления алкоголя в организм – не больше скорости его выведения). У среднестатистического здорового человека при концентрации алкоголя в организме до 0,3 г л организм освобождается от алкоголя  со скоростью не более 0,2 г/л час  (т.е. до 10 г/час на 70 кг веса). Если скорость поступления алкоголя извне будет больше, то концентрация алкоголя будет нарастать и достигнет токсического уровня. Низкая толерантность к алкоголю у представителей народов Крайнего Севера связана с наследственно обусловленным дефицитом алкогольдегидрогеназы. Вышеуказанные критерии трезвого употребления алкоголя («менее 20 г за раз и не более 10 г в час») вовсе не дают основания употреблять спиртные напитки любому человеку, независимо от возраста, психического и физического состояния и других обстоятельств. Даже легкий седативный эффект алкоголя – сам  по себе безвредный – не каждому и не всегда полезен, а для некоторых – даже неприемлем и «непонятен». Неполезно действие даже  безопасных доз алкоголя для детей, подростков, беременных женщин, при выполнении сложной работы и в момент принятия ответственных решений, а также во многих других случаях... А для некоторых алкоголиков провоцирующим является не только употребление спиртного, но и один его запах!.. Для тех, у кого уже сформирована алкогольная зависимость, трезвое употребление алкоголя в большинстве случаев нереально!
Пуриновые основания постоянно поступают в организм с пищей животного и растительного происхождения (в частности в составе нуклеиновых кислот).
Минимальная токсическая доза кофеина соответствует его высшей разовой дозе, указанной во всех фармацевтических справочниках, и для среднестатистического взрослого человека составляет 0,3 г, которые содержатся в 30 г кофейных зёрен.               
Серотонин постоянно поступает в организм с пищей, т. к. содержится практически во всех продуктах животного происхождения и некоторых растительных (например, в бананах) и при этом длительно сохраняется в них вследствие значительной стойкости соединения.
Физиологическая концентрация серотонина в организме испытывает значительные естественные колебания в зависимости от суточных, месячных, годовых и иных биологических циклов.
Система эндогенных опиоидов выполняет первостепенную функцию в реализации основных инстинктов  и поэтому является одним из наиболее  уязвимых звеньев системы психической адаптации. Сложность системы обмена энкефалинов и эндорфинов состоит в том, что они представляют собой сложные полипептидные структуры, синтез которых непосредственно осуществляется и регулируется на генном уровне.
Психостимуляторы (кокаин, эфедрин и др.) оказывают также стимулирующее воздействие на катехоламиновые рецепторы, однако сами катехоламины эндогенными аналогами психостимуляторов не являются, т.к. на систему обратного захвата ингибирующего воздействия не  оказывают (!)
Каннабиноидные рецепторы относятся к системе, регулирующей выброс дофамина в синаптическую щель, и, следовательно, вместе с системой обратного захвата дофамина образуют общий механизм долговременной регуляции функционирования дофаминэргических синапсов, выполняющий первостепенную функцию в системе положительного подкрепления, в частности при реализации основных инстинктов, и, следовательно, один из самых уязвимых. Все механизмы долговременной регуляции относятся к сложным системам, непосредственно регулируемым на генном уровне.
Запуск механизмов перестройки функций системы может происходить и без интоксикации, если нарушается режим закрытого функционирования системы.
Ацетилхолин содержится в продуктах только животного  происхождения, но сохраняется в них очень недолго вследствие нестойкости соединения и продолжающегося действия холинэстеразы и поэтому с пищей практически не поступает. Поступление в организм ацетилхолина наиболее реально при прямом переливании донорской крови или при употреблении в сыром виде мяса и крови ещё живого или только что убитого животного.
В часто употребляемых в пищу клубнях картофеля, плодах томата и перца никотин содержится в следовых концентрациях, поэтому при умеренном употреблении этих продуктов поступающая в организм доза никотина не достигает наркогенного и,  тем более, токсического уровня.                В листьях табака концентрация никотина высокая. При табакокурении наркогенно-токсический эффект никотина потенцируется действием других высокотоксичных компонентов табачного дыма, относящихся к высшим классам опасности.
Условно наркогенные метаболиты не обязательно употребляются в составе пищевых продуктов. В качестве примера можно привести ацетон, который, являясь нормальным продуктом обмена веществ в организме, в быту считается техническим ядом (по токсичности он во много раз превосходит этиловый спирт), а наличие в пищевых продуктах хотя бы минимальной концентрации ацетона является признаком их недоброкачественности.
Генетическая изоляция растений, содержащих наркотические и близкие к ним психоактивные вещества, в природе имеет двоякий смысл:                - во-первых, препятствует распространению среди большинства растений генов, ответственных за синтез особо опасных психоактивных веществ, от избыточного употребления которых ограждаются травоядные животные.                - во-вторых, ограничивает поедание травоядными животными растений генетически изолированных, а потому малораспространённых и численно ограниченных родов и семейств.                Однако в последнее время, не без содействия лиц, заинтересованных в легализации наркотиков, выдвигаются теории о том, что наркотические вещества в природе вовсе не изолированы, а содержатся, пусть даже в очень малых количествах, в растениях самых различных родов и семейств. Одним словом, «люди в порядке вещей издавна употребляют наркотики, но только не догадываются об этом». В частности, появилась теория, утверждающая, что каннабиноиды содержатся не только в растениях рода Cannabis (Конопля), но и в других, якобы родственных конопле растениях, таких как хмель и крапива. На самом же деле, эти двудомные растения, имеющие некоторые морфологические сходства с коноплёй, относятся к совершенно иным семействам. Если же говорить серьёзно о каких-то «гибридах конопли и хмеля», то речь может идти или о генетически модифицированных растениях, или просто о фальсификации. Между тем, эта теория активно берётся на вооружение, в частности незаконными заготовителями  конопли. На суде, не без помощи адвокатов, они пытаются доказывать, что заготавливают вовсе не коноплю (наркотическое сырьё), а хмель или крапиву. И судебно-химическим экспертам всякий раз приходится заново доказывать обратное. Эту теорию подхватили и некоторые сторонники полного запрета спиртных напитков. Описывая вредные последствия употребления пива, они добавляют, что «в пиве содержатся наркотики, потому что в пивоварении используется хмель», надеясь этим аргументом напугать молодёжь. Многие «продвинутые» подростки после такой пропаганды не только не испугаются пива, но, напротив, ещё больше заинтересуются им!

ВЫВОДЫ.
Дифференцированный подход к психоактивным веществам, имеющим разные уровни наркогенности, требуется не только в политической и законодательной сферах, но и в вопросах профилактики химических зависимостей и пропаганды трезвого образа жизни. Но этот подход следует применять осторожно и тактично, не забывая о том, что даже абсолютная истина может быть воспринята неправильно.
1.При описании вредных и опасных последствий употребления алкоголя, наркотических веществ и табакокурения не следует сравнивать вещества и зависимости от них по степени опасности и тем самым косвенно внушать необходимость выбора между разными веществами. Необходимо напоминать о том, что полный отказ от употребления психоактивных веществ – это самый надёжный способ уберечься от опасных последствий их употребления.
2.О невозможности безвредного табакокурения и недопустимости бытового немедицинского употребления наркотиков говорить нужно уверенно.  О допустимости медицинского применения наркотических веществ говорить можно и нужно, подчёркивая ответственность медицинского работника за необоснованное и неправильное применение наркотика.
3.Вопросы безопасного трезвого употребления условно наркогенных веществ, в частности алкоголя, в устном изложении активно затрагивать не следует, особенно при групповой работе с подростками и лицами, страдающими алкоголизмом, наркоманией или токсикоманией. При восприятии устной речи информация, требующая критической оценки и логической проработки, не всеми может быть правильно усвоена. Обсуждение этой темы лучше проводить в дискуссионной части выступления при ответе на актуальные или провокационные вопросы аудитории или при индивидуальной беседе. При этом нужно чётко и уверенно излагать достоверную информацию, не допуская искажений, спекуляций и двойных толкований. Необходимо также напоминать о том, что даже трезвое употребление алкоголя не каждому и не всегда полезно, а для лиц, страдающих алкогольной зависимостью, – хотя и возможно, но в большинстве случаев нереально.
4.Трезвый образ жизни в наиболее широком смысле имеет следующие пределы: «От полного воздержания от употребления всего, что способно вызвать одурманивание, до трезвого употребления пригодных для этого продуктов, содержащих условно наркогенные вещества, или обоснованного медицинского применения разрешённых для этого наркотических и других психоактивных препаратов».                Каждый дееспособный человек вправе сам выбирать для себя степень строгости трезвого образа жизни. Но свобода выбора не избавляет человека от необходимости учитывать своё реальное психическое и физическое состояние. Следует помнить, что первый шаг к зависимости – это неумение или нежелание отличить желаемое от действительного(!).

2008г.