Здравствуй, любимая!

/По мотивам стихов С. Есенина./

   С добрым утром, любимая, здравствуй,
Друг мой волшебный, прекрасный, .
Я так счастлив всегда быть с Тобой, слвоно в небе.
Каждый шаг к Тебе -  сверхнаслажденье!
В этой жизни всёсчастье –с Тобою, в Тебе.
    С добрым утром, любовь моя, давно погасли свечи.
Как приятно повстречать с Тобой рассвет.
Ждать, когда проснёшься,   дожидаться дивный вечер,
И шептать лишь о любви Тебе почти всю ночь.
В ней Ты – мой свет!
   Здравствуй, обниму Тебя, любя,  без слова,
Всё с Тобою проще и нежней.
В этой жизни я люблю Тебя лишь и с Тобой –
Всё  будет ново,
Да и жить, любить Тебя, конечно, вечно – веселей!
_____
// По мотивам строк С. Есенина
 До свиданья.
    До свиданья, друг мой, до свиданья.;Мне так трудно жить среди людей.;Каждый шаг мой стерегут страданья.;В этой жизни счастья нет нигде.
   До свиданья, догорели свечи,
Мне так страшно уходить во тьму.
Ждать всю жизнь и не дождаться встречи,
И остаться ночью одному. 
    До свиданья, без руки, без слова,
Так и проще будет и нежней.
В этой жизни умирать не ново,
Да и жить, конечно, не новей.
    Романс основан на предсмертном стихотворении Сергея Есенина "До свиданья, друг мой, до свиданья...", написанном кровью утром 27 декабря 1925 года в гостинице "Англетер".//

____
 Белорусский исследователь Е. В. Гулевич. Она утверждает, что стихотворение было написано в ранний период творчества С. А. Есенина и не является предсмертным.
А. М. Марченко изложила версию, что адресат стихотворения — Н. А. Клюев[12]. Такой же версии придерживалась Н. М. Солнцева[13].
Ещё одна версия состоит в том, что у стихотворения нет конкретного адресата. В. Г. Шершеневич писал: «…Оно написано к несуществующему другу, в пространство»[14]. Так же считала Н. Т. Панченко (по её словам, «содержание этого стихотворения шире, чем прощание с конкретным человеком»)[15].

СОЗДАНИЕ
    Стихотворение написано 27 декабря 1925 года в ленинградской гостинице «Англетер». Согласно экспертизе, автограф стихотворения был написан кровью, при этом почерк поэта говорит о его депрессивном состоянии[1]. Е. А. Устинова, видевшая поэта в накануне его гибели (27 декабря) в коридоре «Англетера», рассказала, что С. А. Есенин показал ей три неглубоких пореза на руке и пожаловался на отсутствие чернил в гостинице, из-за чего ему утром пришлось писать кровью[2].

ПУБЛИКАЦИЯ
  Впервые опубликовано 29 декабря 1925 года в вечернем выпуске «Красной газеты» (№ 314) в статье Г. Ф. Устинова «Сергей Есенин и его смерть». 30 декабря 1925 года оно вышло в газете «Вечерняя Москва» (№ 297) под заголовком «Предсмертное стихотворение Есенина»[1].
ОТЗЫВЫ СОВРЕМЕННИКОВ
Стихотворение привлекло внимание читателей и критиков. М. Горький назвал его чудесным, искренним и трогательным.   
B. В. Маяковский писал, что гибель С. А. Есенина по-человечески его огорчила, но это стихотворение сделало его смерть «литературным фактом».  Считая, что этот «сильный стих» может толкнуть того, кто задумался о самоубийстве, к роковому шагу, В. В. Маяковский решил: «С этим стихом можно и надо бороться стихом, и только стихом. Так поэтам СССР был дан социальный заказ написать стихи о Есенине.
 Для него выполнением этого «социального заказа» стало стихотворение «Сергею Есенину», в котором он ответил на финальные слова есенинского стихотворения: «В этой жизни / помереть / не трудно. / Сделать жизнь / значительно трудней».
О заключительных строках стихотворения критик А. И. Ревякин писал, что автор тянет людей «в болото пессимизма и заплесневевшей мути идеологии изживающих себя классов»[4]. Неодобрительно отозвался на стихотворение и поэт-футурист А. Е. Кручёных: «Какое надругательство над жизнью! Какие неуклюжие слова! Какой Сологуб водил рукой Есенина?!.
Ревякин А. Чей поэт Сергей Есенин? (Беглые заметки). М.: Издание автора, 1926 год
 А. Е. Кручёных. Гибель Есенина. М.: Издание автора, 1926 год.

ВЕРСИИ ОБ АДРЕСАТЕ
    Автор не указал, к кому он обращается в стихотворении. Возникло несколько версий об адресате. По воспоминаниям поэта В. И. Эрлиха, С. А. Есенин, передавая ему 27 декабря 1925 года сложенный вчетверо листок со стихотворением, сказал: «Это тебе. Я ещё тебе не писал ведь? Правда… И ты мне тоже не писал!». Поэт попросил друга не читать стихотворение сразу: «Нет, ты подожди! Останешься один — прочитаешь. Не к спеху ведь».
    Согласно другой версии, адресатом стихотворения был В. А. Мануйлов, в то время молодой поэт. Эта версия была изложена А. Дехтеревым со слов матери В. А. Мануйлова[7]. Однако сам В. А. Мануйлов утверждал, что у него нет оснований для такого предположения[8].
Н. К. Вержбицкий предполагал, что автор адресовал стихотворение Г. А. Бениславской, а В. И. Эрлих намеренно не передал его ей, а приписал посвящение себе[9].
    Среди адресатов назывались также последняя жена поэта С. А. Толстая-Есенина[10], поэт А. А. Ганин и одноклассник Г. Панфилов. Версию о последнем адресате выдвигает белорусский исследователь Е. В. Гулевич. Она утверждает, что стихотворение было написано в ранний период творчества С. А. Есенина и не является предсмертным[11].
А. М. Марченко изложила версию, что адресат стихотворения — Н. А. Клюев[12]. Такой же версии придерживалась Н. М. Солнцева[13].
Ещё одна версия состоит в том, что у стихотворения нет конкретного адресата. В. Г. Шершеневич писал: «…Оно написано к несуществующему другу, в пространство»[14]. Так же считала Н. Т. Панченко (по её словам, «содержание этого стихотворения шире, чем прощание с конкретным человеком»)[15].
    Художественные особенности.
   Исследователи считают, что литературным источником стихотворения может немецкая масонская похоронная песня «Тихо спи, измученный борьбою…» из цикла «Гимны», русскоязычный перевод которой был опубликован в 1846 году. Её последняя строфа в переводе Аполлона Григорьева: «До свиданья, брат, о, до свиданья! / Да, за гробом, за минутой тьмы, / Нам с тобой наступит час свиданья / И тебя в сияньи узрим мы!».
Н. И. Шубникова-Гусева отмечает в первой строке стихотворения перекличку с началом поэмы «Чёрный человек» («Друг мой, друг мой, / Я очень и очень болен»). У автора поэма ассоциировалась с маленькой трагедией А. С. Пушкина «Моцарт и Сальери», в последней сцене которой Сальери, уже отравивший Моцарта, говорит ему на прощание: «До свиданья»[9].
П. С. Глушаков видит связь последних двух строк стихотворения с финалом басни И. А. Крылова «Крестьянин и смерть»: «Что как бывает жить ни тошно, / А умирать ещё тошней».

    ПОХОЖИЙ ТЕКСТ, ОПУБЛИКОВАННЫЙ В ИНТЕРНЕТЕ
До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.

       ПЛОХО РАСШИФРОВАННЫЙ ВАРИАНТ РУКОПИСИ
последнего стихотворения  на листке  (возможно, Есенина, написанное им,  возможно. накануне смерти ) –:с публикация фото листка – в интернете:

    // До свиданья, друг мой, до свиданья,
Милый мой, что у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Вот отрадно  встречу  впереди.
До свиданья,  друг мой , 
              Ещё раз за стаей
Не грусти и не напиши страстей,
В этой жизни умирать разве не ново
Но и жить, конечно, не новей.
                С.Е. //