Читая Пушкина

***

Боялся ль Пушкин старости седой,
Когда писал "Руслана и Людмилу"?
Был молод он и телом и душой,
В страстях земных любви искал причину.

Боялся ль тлена он, седых глазниц,
Борозд морщинистых да дряблой плоти.
Среди нещадного скопленья лиц
Он, золото нашедший в позолоте!

Прекрасны девы, юношы смелы.
Средь волшебства любовь для них сияет,
А после средь всего огни, балы,
Чарует музыка и вдохновляет.

Старухи ж злы в мирах его и мстят,
Пытаясь отобрать несправедливо
Источник жизни, разливают яд,
Да обижают стариков глумливо...

Боялся ль Пушкин  времени оков?
Эстетом был, красивое лелея,
Дух Времени нещаден и суров.
"Порочный двор цирцей" сменить не смея,

Он обещал, но не сумел поймать
Природы единение с потоком,
Не тлен и старость, смертная печать
Чело его накрыла раньше срока.

И мы за ним стремимся дописать,
Как будто дань отдать земному солнцу.
Несётся время бурным танцем вспять.
То юный Пушкин в небесах смеётся.

***