Поймут ли они нас когда-нибудь?..

Поймут ли они нас когда-нибудь?..
На стыках ночей,
на слёзных щеках?
В минуты, когда от случившегося
мы чувствуем рай и ад.

Пчелиные ульи,
их рой,
и рыбий огромный косяк;
и лес, и пожары,
стрекоз трепетание,
и дамбы, и огненный сплав…
И всё это в нас
с низов поднимается —
тяжёлые, бурные —
жгут, испаряются,
сверлят и сверлят
и громко кричат!
И дымом по сердцу сплавляются,
скребут и скребутся об нас.

Как в прорубь,
в морозный декабрь,
я прыгаю, стоя в пальто,
ни с места не двигая туфелькой,
ни трогая ничего —
отчётливо, всем нутром, чувствую,
как льдины обнимают плоть.
Но сухая сижу я в комнате,
и ландыши в вазе — врознь.

Июнь, июнь — на пороге!
Но как же им объяснить…
И нужно ли…
Кто мы?..
Боги,
присланные страдать?
И чувствовать больше обычного,
и вечно что-то искать…

А нужно ли?..
Важно ли?..
Обязательно ли так совпадать —
глубинами и широтами?..
И в этом ли ценность и гладь?

Поймут ли они когда-нибудь,
в чём именно здесь борьба…
И в этом ли понимании
есть счастье и судьба?..
Как чувствовать все эти тысячи,
миллионы созвездий и страз
небесных, чернявых соцветий,
схороненных внутри нас…

— Ты скоро?
— Да, я заканчиваю… писать свой короткий рассказ.
— Отлично, любимая, я жду тебя: сегодня на ужин у нас пелингас.