Бей в барабаны, послушник теней

Бей в барабаны, послушник теней,
В просветицу дней кулаками –
Ярится обида грубее и злей
На небо – стальными штыками.

Живого места не пропусти
На ветром дублёной коже –
Гром водопаду тебе не простить
И молнию – радуге тоже.

Нет места печали в объятьях иуд,
Пьянят червоточину речи –
С тобою поэтов на плаху зовут,
Гася откровения свечи.

Отвергни проклятия юной вдовы,
Гремит окаянное лето –
Вплетая седины с её головы
В надгробий немые букеты.

Пусть души пластает гордыни тесак –
Серебреник помыслы кружит,
С креста не слезает упрямый рыбак,
В темницах отступники тужат.

Побалуй вожжами сажени плеч
Дерзнувшего к воле холопа –
Таит по тебе он заржавленный меч
С унесшего царства потопа.

До крошева пусть закусит удила,
Не ропщет о муторной доле –
Смиренью не служат два белых крыла
С кончиной в окопной юдоли.

Детишкам его, толоконные лбы
Внушат послушанье заветам –
Теням поклонятся устоев столпы,
В отрепье пророков одеты.

Без устали бей, не жалея костей,
По бочке, обтянутой кожей –
Покрестит надменною верой детей
Кнут спящий под тёртой рогожей.

Отвыкнут колени на щебне мечтать
О пряном дыхании воли –
Молчит барабан – ты не можешь летать,
Штыки небеса пропороли.

Тоскует в корзине для буйных голов
Платочек, что вышила осень –
С тобою не станет чеканить шагов
За речку, слезливая просинь.

Ряди же шеренги беспечных сердец
В коричневые рубахи –
Ведь пастырю в сумрак бредущих овец
Нет чести на солнечной плахе.

В прореху над лесом кричи имена –
Жнут жатву тщеславные боги,
Вернутся желаний простых времена
С костров у окольной дороги.

Наплачутся ставни сиротских домов
Дождями напрасной надежды –
Пари с карнавалом оборванных снов
В отбеленной скорбью одежде.

Тебя не удержат границы миров
Цепями нетленного духа,
Сжигая сердца – будь навечно готов
К судьбе тополиного пуха –

Стать серою грязью под тысячей ног,
Грядут похоронные марши –
Остынет в канаве страстей уголёк
На тысячу лет – или старше.