Тётя Нюся

А помнишь тётю Нюсю, что жила напротив?
Как вспомню — так улыбка на лице.
Она была всегда печали против,
С весёлой прибауткой на крыльце.

Зайдёт, бывало: «Слышали новинку?»
И анекдот расскажет, рассмешит.
Растопит в каждом сердце злую
льдинку,
И сразу жизнь по-новому бежит.

Она умела — это редкий дар,
Снять тяжесть дня обычным пустяком.
Не шуткой ради смеха и фанфар,
А просто искренним, живым огоньком.

Два дома дружили, стояли стеною,
Мы жили как будто большая семья.
Делились советом,  хлебом и солью,
Любима та жизнь, где родные края.

Там мама с тётей Нюсей — лучшие подруги,
И дядя Серёжа с папой — хоть куда!
Делили пополам и радости, и вьюги,
И общими для всех казались те года.

А помнишь Первое апреля? Вот забава!
Она нас разыграть могла, как дважды два.
Шутила, подколов направо и налево,
От смеха шла кругом у близких голова!

А папа мой — он тоже был затейник,
Шутил так остро, что не в бровь, а в глаз!
И жили мы, как вечный муравейник,
Где юмор согревал в избытке нас.

Они как будто в мастерстве тягались:
Кто круче разыграет, рассмешит.
Они над бытом будничным смеялись,
И каждый был задором их прошит.

Я помню смех мамули — звонкий, чистый,
Он до сих пор звучит в моих ушах.
От тех подколов, добрых и лучистых,
Светлело всё и в доме, и в душах.

Теперь дома молчат. Пустые стены...
Там нет ни мамы с папой, ни её.
Лишь в памяти былые перемены
Хранят для нас бесценное «своё».

Я редко там бываю... Тишина немая,
И некому анекдот весёлый рассказать.
Но я иду, невольно губы разжимая,
Чтоб тётю Нюсю добрым смехом поминать.

И тётя Нюся с дядей Серёжей рядом
Опять встают в моём немом кино.
Она согреет шуткой, добрым взглядом,
Хоть в тех домах свет выключен давно.

Я там нечасто... Слишком сердце ноет,
Глядя на окна, где закрыта дверь.
Но память эти ставни вновь откроет,
И станет чуть теплее мне теперь.

Пусть их больше нет, но я помню их шутки,
И мамин заливистый смех в тишине.
И в самые грустные в жизни минутки
Они улыбаются ласково мне.