Дорога волхва

Знойные шумные ПасагАрды – сердце Персии, стойло солнца. Сыновья Мелхиора играют в нарды, дочь плетёт волосы и смеётся. Тихие слуги всегда учтивы. Финики спеют, шумят оливы, на подносе – мягкий овечий сыр с золотым инжиром, наватом, мёдом, кубки хранят розовую воду, полон тайн и знаков подлунный мир.

В саду – беседки, прохлада тени. Фонтан – пока только ещё затея, но построят его мастера. Мелхиор – старик. Половина века это много для смертного человека, уже на покой пора. Но какой покой беспокойной думе? Ум ясней звездЫ, пока он не умер, оттого-то звёзды ему поют. Он читает их светлый язык далекий, он воспитанникам даёт уроки, он душою всё так же юн. Эта немощь тела – она пустое. Она мудрецу только посох стоит да досадную хромоту. Он умерен в пище, в питье воздержан, нет пурпУра в скромных его одеждах, прост ореховый низкий стул. Сад с цветами, оливы, птицы – вот и все радости у провидца и великого звездочтецА. Его дети – в них молодость, страсть и ветер, они его в небо летящие ветви, отрада отца. Он пишет пергаменты денно, нощно, он к истине рвётся всю жизнь наощупь, он – светоч среди людей. От него загораются люди-свечи, он наложеньем ладоней лечит, о нём шепчутся «чародей». Зовут Царём Персии, златословцем, равняют с самим негасимым солнцем,  а завидев – падают в пыль. Из золота носит он только перстень, услаждает слух соловьиной песней. По всему всем казалось бы – его путь окончен, хвалой увенчан. Но однажды крыше течёт на плечи свет огромной Полынь-Звезды…

Запрокинув лицо прямо в темень неба, Мелхиор в суму собирает хлеба, сыра, лАвровые листы. Он берёт свой посох, зовёт служанку – темнокожая плачет о нём южанка, ей хозяина старого очень жалко, омывает ему ступнИ, шнурует сандалии, целует руки, колени, с лицом, искажённым мукой – они в эту ночь одни. Он не прощается с сыновьями, с дочкой. Боится, удержат, явно. Он уходит, хромая прочь. Жаркий ветер персидский следы залижет. Вифлеемская звёздочка ярче, ближе, её зова не превозмочь. И с иных далёких краёв Востока идут ещё двое той же дорогой, несут они веру, смирну и ладан, к небу прикованы вещим взглядом.

Мелхиор раздумывает: «Никак принести воды, чтоб напиться, в сите, но гляди-ка, ведёт к Вифлеему знак, и у Бога жестокого в этот мрак, в этот мир рождается сын-Спаситель!»

1-5 января 2026 года