Венеция. Гордо гондолы стоят

 раскрашу стены , губы и лицо,
 тех городов, которые любила.
и с попугаем выйду на крыльцо,
чтоб он твердил, а я не позабыла...

чтоб помнила я каждый вздох и штрих
Венеции, которой поклоняюсь,
и крутизну гондол, и ворох снов,
в них на воздушном шаре опускаюсь.

здесь все таинственно:
стихия и волна, стекло мурано,
сказки и преданья.
и гондольера статуя видна,
здесь отовсюду - девам в назиданье.

рисуй художник, из воды достань
ты прежде неизвестные нам краски.
и храмы и дворцы и письмена,
горят на солнце из под бледной маски!


***


Воздух прогрет, мак краснеет,
Полями зазеленел виноград,
Мы подъезжаем к Венеции морем
Гордо гондолы стоят.
Снова величественно встречают
Призрачные дворцы,
К морю по лестницам медленно сходят
Сказочные мертвецы.
Здесь кавалеры, времен возрождения,
Принцы, поэты, Дали.
Здесь он с Галой,
Карнавалы те помнят,
Маски сверкают,смотри.
Дягилев здесь умирал,
И две дамы, стройные- фам де люкс.
Где- то Шанель здесь его навещала,
Похоронила, и поддержала…
Много витает здесь душ.

***
Город загадочный и многогранный,
Часто нас тянет сюда.
Тихо уходит под воду творенье,
Созданное в никуда.

***
Но пока она молодая,
И мурано сияет в огне,
И лошадка, как будто живая,
У маэстро стоит на окне.
Пролетели семь лет,
И сменилась,
Мода вдруг не колье от кутюр.
И к моим красно- розовым бусам,
Не могу я найти гарнитур.
И гондолы не тянут как прежде…
Одиноко любви я ищу,
Много лет я Венецией брежу,
Площадь Дожей забыть не хочу.

А вокруг изумрудны волны,
И седые летят буруны.
Рядом кладбище- остров на море,
Здесь поэты лежать не должны.
Это кладбище уникально,
Атлантидой уходит на дно
Бардом быть и в России похвально,
На чужбине лишь ЭТО дано.
Приплывают на остров такие,
Кто запомнил его навсегда.
Мессерер, Ахмадулина Белла,
Мы случайно там были тогда,
И бездумно стихи прочитали,
Предназначенные не нам!
Мы кощунственно камень подняли.
Не забыт наш поэт, AVE-ВАМ!
Уезжаем, несказанно что- то,
Казанову , увы, не нашли,
Но к иконам, художников Божьих,
В суете приложиться смогли.


***

 Карнавал в Венеции.

 Я не одна в Венеции, а жаль…
Друзей, как голубей, на площадях,
Но прячу под очками грусть- печаль,
И повторяю вслед за всеми: «АХ!»
Вокруг дворцы, и музыка в крови,
Танцую вальс, в объятиях чужих…
Но как все далеко от ТОЙ любви,
И Казановы памятник «затих».
Мурано остров и песок в огне,
Венецианское стекло и зеркала,
Кто ожерелье застегнет на мне?
И взор мой обратит на купола?
На грустном острове, где Бродского приют,
Стихи я повторяю, как во сне.
Я не скажу, что я тебя люблю,
Не попрошу, чтоб прилетел ко мне…



***


  В час, когда пустая площадь
Желтой дымкой повита,
В час, когда бледнеют скорбью
Истомленные уста,-
Это ты вдали проходишь
В круге красного зонта.

 Владислав Ходасевич

Дева прекрасная-ты незнакомка с зонтом.
Алый закат оттеняет изящные плечи...
Помню лицо, но не помню, что было потом,
Струи дождя и бессвязные милые речи.

Девочка милая! Как твой портрет мне знаком...
Часто на мостике "вздохов" тобою любуюсь.
Ты не моя! Говоришь на наречии чужом,
И, вспоминая тебя, я целую другую...

Встреча случайная: милый абрис, полонез.
Маски старинные в этой Венеции странной.
Как бы хотелось узнать этой сказки конец?
Солнце взойдет- ты исчезнешь в восходе туманном.

"Ты одета слишком нежно,
Слишком пышно завита,
Ты вдали к земле склоняешь
Круг атласного зонта,-
Ты меня огнем целуешь
В истомленные уста!"*

*Владислав Ходасевич


***


   Вдали за лодочной стоянкой
В остатках сна рождалась явь.
Венеция венецианкой
Бросалась с набережных вплавь.

Б. Пастернак.

Я подскользнулась у гондолы,
Камней скользящая замшелость,
Внезапно вниз - на дно "аттола",
Прохлады ощутила прелость.

И ведь почти не испугалась,
Погибли бусы из Мурано,
Венецианская водица
Раздеться тут же приказала.

И в пиджаке твоем из твида,
В шикарном , ярком  магазине,
Купили платье, как графине,
Что дорого, не подал вида...

Давно потеряна, забыта...
Но кожей чувствую я свежесть,
Зеленые глаза открыты-
Все чувства превратились в нежность...