Господин Никто

Он всю ночь писал сценарий про бомжа,
Даже влез в его потрёпанную шкуру,
Тень бомжа была вон там, за  абажуром,
Словно тень из вариантов  миража.. 
Он чужую жизнь вплетал в слова,
В желтый круг зелёного торшера,
Он всю ночь ему приписывал  манеры,
Будто верил в таинства родства…
И стиралась между ними грань,
Будто тот и не был персонажем, 
Будто был живым бомжом, со стажем,
Слышавшим в свой адрес только брань.. 
Ночь чернильной тушью растеклась-
В комнате, по городу, по скверам..
Жаль, что  у бомжа пропала Вера,
И Надежда с ним не ужилась..
И укутав в ветхое пальто
То ли тело, то ли  в шрамах  душу,
Он пошел сквозь праздничную стужу-
Вымыслом, как господин Никто.. 
Снег-снежище, ветер дует в грудь..
Может быть и не было в том толку,
Но ему хотелось видеть ёлку,
Только ёлку- не кого-нибудь…. 
Площадь после праздника пуста..
Пахло хвоей, огоньки горели..
Сладость мандаринов с карамелью-
Это он запомнил навсегда..
А ещё он помнил детский смех,
Мамин голос с тихой колыбельной,
Детские рисунки акварелью..
А потом.. Потом- и смех,  и грех...
Слава Богу, память не пропил,
Помнил, что любил и был любимым,
Но судьба была неумолима:
Всех своих родных похоронил.. 
Стоит лишь зажмуриться и внять-
Память всё на Свете воскрешая,
Никого из близких не лишает,
Даже помогает бомжевать…
А ещё он помнил «Отче наш»,
Но читал он редко, в одиночку, 
Гревшись у костра железной бочки,
Если  не пускали  на этаж..
...Он молчал, кружилась голова..
Утро становилось  светло-серым…
Бледный круг зелёного торшера,
Рядом тень, вплетённая в слова…