Из цикла стихов О, бабочка, лети, лети

I. Психея

душа познает ад,
чтобы достигнуть рая,
если достойна неба;
я – странствующая,
я – ищущая,
я – страждущая,
мытарствующая Психея.
и вся душа моя – на взлёт,
и вся душа моя – навзрыд,
лишь о тебе, Купидон, поёт,
лишь о тебе.
пройдя через муки, терзания
явилась – жена!
я смертною много познала,
что смерть была не страшна.
и только надежда в долинах,
а вера в ущельях вела,
я – любящая Психея,
античная фея...

душа познает ад,
чтобы достигнуть рая,
если достойна неба.

II. Я стала бабочкой

этой ночью я стала бабочкой,
села на переносицу
и вижу твои сюжетные
и бессюжетные сны.
хоботком целую лоб,
дышу твоим воздухом,
гляжу твоими глазами,
люблю твоей сущностью.
если почувствуешь меня,
прошу, не ломай
мой хрупкий чешуйчатый мир,
не губи крылышки,
сама вышивала орнаменты –
никто не помогал.
я трепетна к тебе, бессловесна,
боюсь потревожить молчание.
впрочем, я не умею говорить.
сама в виде сердца
в твоём сердце,
только в нём мне просторно
и благодатно,
как на склонах горы…
спишь, я продолжаю видеть сны,
не через щелочку, а нараспашку,
прям полным экраном,
и мне... хорошо!
 

III. Лимонница

– Я очутилась на чужой поляне,
То на опушке леса, то в лесу.
Я – нежная Лимонница, полярно
Всё изменяю рок свой на лету.

И всё летаю в разноцветном месте,
Где все цветы под небом не мои:
– О, шмель летящий, ты скажи мне честно,
Где луг мой с васильками, помоги!

– Вон там, за родничком, где сосны, ели,
Есть синий круг, заманчивый, как рай,
Там бабочки задорные летели,
Сверчки трещали про родимый край.

– Да, мне не жить в тоскующей тревоге,
Над елями, над тоненьким ключом,
Спеша, лечу указанной дорогой,
Ищу я правды, беды нипочём.

Не дам сломаться крылышкам под ветром,
Ведь вправе выбирать себе судьбу.
Легко порхать над васильковым светом,
Лимонница – способна на борьбу!

Вот прилетела на свою поляну,
Оставив ностальгию в том лесу,
Ведь моя правда и цветам понятна,
Что не меняю чувство на лету.
 

IV. Песня бабочки

Я летела к тебе самым долгим полётом,
цепенели ресницы загадочных дней,
и теперь ты послушай – пою не фальцетом,
даже взглядом недобрым обидеть не смей.

Говорят, что нет сердца у бабочки резвой,
только трубка, брюшко, крылья и голова,
но не верь никому, в моём брюхе есть сердце,
от избытка любви я роняю слова.

Прилетела к тебе в завершение лета,
замерла в предвкушении чувственных слёз,
но не плачь обо мне над моим переплётом,
а взгляни за окно на аллейку из роз.

Это я тебя жду в перламутровом свете,
и дрожат мои лапки на тёмном бордо,
ты пойми, что за радости мы лишь в ответе,
оставляй одинокий кирпичик-гнездо.

Я летела к тебе самым долгим полётом,
приземлялась, взмывала и мучилась так,
что не выразить это июльским куплетом,
но прими мою песню – порхающий знак.

Пролетела поляну, пустырь и просеку,
повидала я рощу, опушку и луг
и сейчас возвратилась к родному посёлку,
больше нет расстояний, назначенный друг.
 
Ты ведь знал, что есть песни у бабочки томной,
и ты слышишь сейчас, подпевая мотив;
для тебя буду яркой, надёжной и скромной
вот летела так быстро, прости мой порыв...

Я скучала до солнца в нелёгкой дороге,
тосковала до неба в несладком пути,
ни к чему оказалась мне эта свобода –
никогда от меня, ни за что не уйди!..
 

V. Улетим и мы

что я могу подарить тебе, кроме крылышек,
кроме задумчивых песен?
вот лечу и думаю, я не такая бабочка, как все,
будто наизнанку крылья, наизнанку боль,
достигающая поднебесья,
прости меня, небесные силы,
ибо заморочила себе голову и намаялась,
а ты – ты сидишь чуть поодаль и наблюдаешь
мои мучения, ну хоть бы погладил спинку,
потрепал крылышки,
обескуражил бы словом, взглядом, пониманием,
что, что происходит с тобой?!
у бабочки дни на исходе,
и ты не вечен в краснеющем августе,
вечно только небо, принимающее летающих бро-дяг,
озаряющее и скорбящее... любящее и грустящее...
слышишь, подлети ко мне,
запомни каждую точечку орнамента крыл,
положи мои слова в своё сердце,
ибо они будут утешать в Вечности
и спой свою легенду о бабочке,
которая подарила тебе весь мир
росписью полетов, лишь иногда ставя запятые
в воздухе настороженно задушевном,
насыщенном любовью с ароматами роз.
 
подлетел, так смотри –
от песен летят лепестки в глубину неба,
покоряющего спокойствием,
а ты непременно пой, ведь секунды растворяются,
даже летом тают снегами, тают снегами...
однажды улетим и мы…, улетим и мы...

©2022 из сборника стихов "Свет над фолиантом"
ISBN 978-1-4716-1394-4