У сапог обрежу голенища
Потому, что рваные они.
Никогда я не был таким нищим –
Только в перестроечные дни.
Залатаю старую фуфайку
И чинарик выкурю с утра,
Буду всеумельцем и всезнайкой,
Стану суп варить из топора.
Поменяю спицы у коляски,
Привезу навозу, так и быть.
От такой душевной перетряски
Ум за разум начал заходить.
Отыщу замызганную кепку
И уйду опять куда-нибудь.
Мне подумать надо очень крепко,
Но не легче станет мне ничуть.
Зачиню последние порточки,
Попеняю прожитым годам.
А когда уже дойду до точки -
И штаны прохожему продам.
("Душа окаянная", стр. 459.
При жизни не было опубликовано.)
Фото от 21 июня 1997 года - одно из последних прижизненных. Владимир Николаевич справа.)
Свидетельство о публикации №126010502042