Михалиада 068 Зачем Сухаба много так?

Казалось бы, зачем, коль мизерной фигурой был Сухаб для схемы мишиной, он столько раз уже в Михалиаде упоминался и будет впредь упоминаем он, при всём вранье его в полиции настолько глупым, что смех бы вызвал, если б не носители погон- рубаки палок, а более ответственный сотрудник занялся информацией, которую участник предоставил тех событий о ряде предприятий, работавших семнадцать лет, десятки миллионов сэкономив бенефициару, не доплатив в бюджет?

Да, даже для того, чтоб показать, как можно полиционерам было врать, не будучи в детали посвященным, что было очевидно не только мне, но и прокурорам, неоднократно отменяющим постановления носителей погон с отказом в возбуждении дела, что побудительным для них мотивом, к сожаленью, не стало чтобы свою работу выполнять, а не выдумывать причину для отказа в возбуждении дела. Откуда сторож стадиона детали производства мог бы знать, но врал же успешно он про то, искал как контрагентов и сделки с ними регулярно заключал.

Вопрос же почему не задан был – а для чего Михайлову ты доверенность давал с начала деятельности предприятия, чтоб он вместо тебя автограф ставил в документах хозяйственной деятельности «Супротека»? И, заодно, про с памятью наличие проблем чего же не спросили у Сухаба, который, меньше, чем за пару лет, вообще забыл о том, Михайлова что знал он, по крайней мере, ФИО ни о чём ему не говорит.

Кроме того, нашли носители погон уже  Любовь Петровну, которая бухгалтером была у Миши в «Супротеке», в чём расписалась самолично в протоколе. Однако, несмотря на то, что у Сухаба в пояснениях какая- то Фёдоровна Нина ему бухгалтером зарплату начисляла, сумняшимся ничтоже полиционерам наличие такой брехни не дало оснований сбрехавшему вопрос задать – кто ж из вас врет двоих, предупрежденных об ответственности за дачу ложных показаний?

Не задали таскатели погон Сухабу и вопрос о том, а почему цена на ткани, производимой под «директорством» его различною была  для разных категорий контрагентов? Вот, две спецификации, к примеру, датированные первым августа восемнадцатого года, на Бязь 5С20-СВ. В одной цена за метр, за погонный – 19,20 руб., в другой цена за ту же ткань и метр такой же четырнадцать рублей всего и девяносто лишь копеек?

Ответ, естественно, они бы не дождались, поскольку к формированию цены на ткань, производимую как «Супротеком», так ранее «ПромТеком», «Контролёром», «СФ» и «СТФ» никто из номиналов доступ не имел и приблизительно не знали даже, как складывается и из чего она. Сухаб, вообще же мог не знать, где его подпись на бумагах ставилась от имени его, поскольку, учитывая то, что подписи были нужны для работы схемы предприятий Михаила каждый день, Сухаб же в Савино за всю свою «работу» в «Супротеке» был раз иль два (к нотариусу я его водил, чтоб подпись для налоговой его заверить на заявлениях по форме Р14001), сухабовский автограф научились на бумагах нужных проставлять, в присутствии Сухаба не нуждаясь.

Поэтому, носители погон могли спросить Сухаба по иному: «А почему для Михаила ткань дешевле оценена тобой почти на пять рублей, чем для другого контрагента?». Могли, но не спросили. А по какой причине Сухабу  не были вопросы заданы, после ответов на которые ежу бы даже стало ясно, что сей Сухаб- для «Супротека» номинал – вопросы надобно тем задавать, которые искали основания, чтобы закону помешать придти к законному же результату за деятельность в течении семнадцати годов на ниве бизнеса дробления, с банкротствами удавшимися и списанными миллионами долгов.

Ведь это надо было умудриться, чтобы Сухаба номиналом не признать. Ведь он - есть образец средь номиналов, не знал он ровным счётом ничего о том, за что ему зар.плату платят (как видимо, и те носители погон, которым что- то помешало узреть состав там, где он реально был, что видела прокуратура регулярно, постановления их отменяя с отказом в возбуждении дела). Ведь это надо было так хотеть обманутыми быть, чтоб чтобы довольствоваться враньём того, кто знать не знает о вранье предмете и как детсадник врёт, о том, как полетал он на космической ракете?

Поэтому в Михалиаде есть Сухабу место, ведь без Сухаба (ну, еще носителей погон, которые желали способом любым в Сухабе номинала не увидеть) и его вранья история о Михаиле быть могла иною. Раскрыт бы «Супротека» был бы бенефициар, а, заодно, бенефициар «СавТекса» и «ИзТека», равно как «Ткача», «Специалиста», «Мастера» и «Контролёра», «Механика», «НовТекса» с «Управленцем», и, может быть, сейчас, как наблюдаем мы по искам прокуроров, ущерб бы для бюджета от оптимизации налогов причинённый частично компенсирован мог быть.

Ну, а Сухаб, использован был Михаилом дальше. Все помнят про «СавТекс», который создавался, чтобы людей «Ткача» в него перевести перед банкротством этого «Ткача»? Там свой был номинал, тот же, что был и в «ПромТеке», но в октябре две тысячи девятнадцатого года тот номинал Сухабом заменен по воле бенефициара. И так же «бизнес» вёл Сухаб, как в «Супротеке» вёл, то есть, вёл Михаил, Сухабом прикрываясь.

Не знал он так же ничего и про «СавТекс», хоть с подписью Сухаба (ведь для её возникновения уже не требовалось присутствия его) достаточно имелось документов, и также в Савино работники не видели в цехах Сухаба. Чтобы «СавТекс» имел возможность тканью торговать, Сухаб, как говорили в «Кин-дза-дзе», не нужен. Сам «Супротек» решением налоргов в июне двадцать пятого недействующим признан был и исключен, без дачи правовой оценки его работы в интересах бенефициара, по сделкам, в частности, с заинтересованным лицом.