Жуакинь кардозу диаш набор лезвий set of blades

я узнал кто собирает формы среди камней
часы зажженные тяжестью тел
тайное безумие чувств когда ты играешь с моими волосами
почти всегда так сердце
которое мы слушаем в тишине и лодочные канаты неподалеку

где ты в последний раз видела пыль, расчерченную моими пальцами?
какую судьбу открывает нам ладонь без линии жизни
ящик с письмами, запертый навсегда?
однажды, кто знает, ты и я в темных очках
там где ты будешь говорить обо мне
сухой свет на пустынной окраине города
закрываю ту зеленую дверь что ведет к твоему лицу
плачу тихо я зверь раненный стенами комнаты

теперь все совсем иначе
теперь все совсем иначе мы курим лежа в темноте я пытаюсь описать тебе
точное место мебели предметов земных расщелин прибрежных городов птиц
их хрупкие пути определившиеся в самом полёте
точно короткие послания написанные наспех

и в это мгновение проспект кажется мне кораблем
по эту сторону меня деревья идут со мной в одной слезе
если захочешь, ты можешь сесть на мою кровать
можешь надеть белые трусы и футболку что подарила мне на день рождения
даже если скажешь мне вещи которые мне
даже если бы я и не смотрел на тебя чтобы
даже если
я уверен что ты сама потом стала бы искать меня
да ты можешь
Солане понравится years are bearing us to heaven
я поворачиваюсь к земле больно быть замкнутым больно здесь
раздеваясь с тобой в глазах по эту сторону мира
je murmure un mot magique pour m'en d;livrer 
я принимаю как единственный сон то зеркало где ты отражаешься.

и это так почему?
как понять то как Бог расставляет нас в мире?
это от холода ты смеешься
ты обнимаешь меня за плечи
и все тайны в этом мгновении если ты захочешь
мои губы заканчиваются на витринах Аморейраш

этой ночью я буду спать с зажжённым светом

(O Medo, de Al Berto, ed. 1987)