К новорожденному. Адам Нарушевич

Поэтический перевод с польского языка на русский язык Даниил Лазько (2026):

АДАМ НАРУШЕВИЧ
К НОВОРОЖДЕННОМУ (1771)

После цветов, что рок сгубил ревнивый
В зачатках нежных той весны счастливой,
Фиалкой нежной ты родился нам в награду,
Отцу, и матери, и брату — на отраду.

Предречь не в силах я, о милое дитя,
Какая в мире ждёт тебя теперь стезя.
Похитит много лет сей век столь торопливый,
Пока смогу сказать: ты добрый и учтивый.

Одно могу тебе я смело предсказать:
Коль будешь ты во всём родителям под стать,
То станешь ты — и в том сомнениям конец —
Прекрасен, словно мать, и честен, как отец.

_______________

ПРЕДИСЛОВИЕ

Адам Станислав Нарушевич (1733–1796) принадлежит к числу крупнейших деятелей польского Просвещения — поэт, историограф, епископ Смоленский и Луцкий, доверенное лицо короля Станислава Августа Понятовского. Его литературное наследие включает оды, сатиры, эпиграммы и лирические миниатюры, выдержанные в строгих канонах европейского классицизма. Нарушевич стремился соединить моральную дидактику с изяществом формы, следуя образцам Буало, Вольтера, Геллерта и немецких анакреонтиков (Хагедорн, Глейм).

Стихотворение "Dziecieciu nowourodzonemu" (буквально: "Новорожденному младенцу") было написано в 1771 году и опубликовано во второй книге "Лириков" в составе авторского сборника "Wybor poezyj" ("Избранные стихотворения"). Текст относится к жанру поздравительной лирики — распространенному в эпоху Просвещения типу стихотворного послания по случаю семейных событий. Подобные тексты сочетали личную теплоту с дидактическим посланием, утверждая идеалы добродетели, семейной гармонии и разумного воспитания.

Данный перевод выполнен в традиции русской классицистической поэзии XVIII века и ориентирован на передачу как формальных особенностей оригинала (метрика, строфика, система рифмовки), так и его интонационно-стилистического строя. В работе использовались оригинальные тексты из издания: Naruszewicz A. Wybor poezyj: z dolaczeniem kilku pism proza oraz listow. Warszawa: S. Lewental, 1882, а также современные электронные публикации в архивах Викитеки (Wikizrodla) и сайта Poezja.org:

https://pl.wikisource.org/wiki/Dziecieciu_nowourodzonemu
https://pl.wikisource.org/wiki/Wybor_poezyj

_______________

ПРИМЕЧАНИЯ

Строка 1. "После цветов, что рок сгубил ревнивый..."
Метафора погубленных цветов отсылает к прежним потерям в семье адресата — по-видимому, нескольким детям, умершим в младенчестве. В польском оригинале: "Po tylu kwiatkach, ktore los zazdrosny / W samych pierwiastkach milej zwarzyl wiosny" (После стольких цветочков, которые завистливая судьба погубила в самых истоках милой весны). Глагол "zwarzyl" означает "заморозил", "погубил морозом", что усиливает образ весны, не успевшей расцвести. В переводе использован более общий глагол "сгубил", сохраняющий трагический смысл при меньшей конкретности.

Строка 3. "Фиалкой нежной ты родился нам в награду..."
В оригинале: "Nowy sie rodzisz fioleczku swiatu" (Новым рождаешься, фиалочка, миру). Польское "fioleczek" — уменьшительная форма мужского рода от "fiolek" (фиалка). Образ фиалки в европейской поэзии традиционно ассоциируется с хрупкостью, скромностью и чистотой. В переводе сохранен творительный падеж ("фиалкой"), передающий метафорическую функцию образа. Грамматический мужской род ("родился") согласуется с дальнейшими определениями ("добрый и учтивый", строка 8).

Строка 4. "Отцу, и матери, и брату — на отраду"
В оригинале: "Na rozkosz ojcu, i matce, i bratu" (На утеху отцу, и матери, и брату). Польское "rozkosz" имеет более чувственный оттенок ("наслаждение", "утеха"), чем русское "отрада", однако последнее точнее соответствует стилистике высокого классицистического штиля и создает точную рифму с "награду".

Строка 5. "Предречь не в силах я, о милое дитя..."
В оригинале: "Wrozyc nie umiem, ukochane dzieci;" (Гадать не умею, любимое дитя). Польский глагол "wrozyc" означает "гадать", "предсказывать" (обычно по приметам, гаданиям). В русском переводе выбран книжный глагол "предречь" (предсказать), подчеркивающий торжественность тона. Обращение "о милое дитя" передает нежность оригинального "ukochane dzieci;".

Строка 7. "Похитит много лет сей век столь торопливый..."
В оригинале: "Wiele lat jeszcze porwie wiek skwapliwy" (Много лет еще похитит век поспешный). Польский глагол "porwie" (от "porwac") означает "похитить", "унести силой". Существительное "wiek" многозначно: 1) век (столетие), 2) возраст, срок жизни, 3) время вообще. В контексте строки речь идет о времени как таковом, уносящем годы человеческой жизни. Прилагательное "skwapliwy" означает "поспешный", "торопливый", "стремительный". В переводе использовано указательное местоимение "сей" (этот), характерное для поэзии XVIII века, и усилительное наречие "столь" (настолько), также типичное для высокого штиля эпохи.

Строка 8. "Пока смогу сказать: ты добрый и учтивый"
В оригинале: "Nim powiem, zes jest grzeczny i cnotliwy" (Прежде чем скажу, что ты учтивый и добродетельный). Польское "grzeczny" означает "вежливый", "учтивый", "благовоспитанный". Слово "cnotliwy" — "добродетельный", "нравственный". В русском переводе "учтивый" точно передает "grzeczny", а "добрый" выбрано как более естественное для русского языка XVIII века, чем тяжеловесное "добродетельный", и создает ритмическое равновесие строки.

Строка 9. "Одно могу тебе я смело предсказать..."
В оригинале: "To jednak smiele moge ci rokowa;" (Однако смело могу тебе предрекать). Польский глагол "rokowa;" означает "предсказывать", "пророчить", "обещать". Инверсия "тебе я" (вместо нейтрального "я тебе") характерна для русского александрийского стиха и создает естественную цезуру после шестого слога.

Строка 11. "То станешь ты — и в том сомнениям конец..."
В оригинале: "Bedziesz zapewne, latwo tego dociec" (Будешь несомненно, легко это понять). Польская фраза "latwo tego dociec" буквально означает "легко это постичь / понять / вывести". Это логическая формула, характерная для рационалистической поэтики Просвещения: вывод о будущих качествах ребенка представлен как очевидное умозаключение. В переводе использована формула "и в том сомнениям конец", которая передает идею несомненности, очевидности, при этом сохраняя афористичность и метрическую структуру александрийского стиха.

Строка 12. "Прекрасен, словно мать, и честен, как отец"
В оригинале: "Piekny jak matka, poczciwy jak ociec" (Красивый как мать, честный как отец). Польское "piekny" — "красивый", "прекрасный". В русском переводе выбрана краткая форма "прекрасен" (а не "красив"), что соответствует торжественному регистру финала и традиции русской оды XVIII века. Слово "словно" (вместо повторного "как") создает стилистическую вариацию и усиливает музыкальность строки. Польское "poczciwy" означает "честный", "порядочный", "добропорядочный" — ключевое понятие просветительской этики.

_______________

О ПЕРЕВОДЕ

Настоящий перевод выполнен в парадигме классицистической точности: сохранены метрическая структура оригинала (александрийский стих — шестистопный ямб с парной рифмовкой), композиция (три четверостишия), система образов и риторическая интонация. Принципиальным решением стал выбор мужского грамматического рода для обращения к младенцу, что соответствует польскому оригиналу (fioleczku, grzeczny, cnotliwy — формы мужского рода) и создает грамматическое единство текста.

Лексика перевода ориентирована на язык русской поэзии конца XVIII — начала XIX века (эпоха Державина, Капниста, Хераскова). Использованы характерные для того времени славянизмы и архаизмы высокого штиля: "рок", "стезя", "учтивый", "сей век", "столь", "предречь", "под стать". Инверсии ("тебе я смело предсказать", "то станешь ты") типичны для русского александрийского стиха и служат созданию цезуры после шестого слога, что соответствует просодической норме жанра.

Особое внимание уделено передаче дидактического пафоса оригинала. Стихотворение Нарушевича — не только поздравление, но и моральное наставление, характерное для педагогической этики Просвещения: ребенок должен стать добродетельным через подражание родителям. Эта идея выражена в финальном двустишии, построенном как логический вывод ("и в том сомнениям конец"), что отражает рационалистическую поэтику эпохи.

Перевод стремится не к буквальному воспроизведению каждого слова, а к функциональной эквивалентности: воссозданию интонации, ритма, образного строя и идейного содержания оригинала средствами русского александрийского стиха, органичными для поэтической традиции XVIII века.

_______________

СЛОВАРЬ

РОК — судьба, предопределение (высок., устар.). В поэзии XVIII века — олицетворение неумолимой силы, управляющей человеческой жизнью. Ср.: "рок судил", "удар рока".

СТЕЗЯ — путь, дорога (высок., устар.); в переносном смысле — жизненный путь, судьба. Типичное слово одического стиля XVIII века.

УЧТИВЫЙ — вежливый, благовоспитанный, обходительный (устар.). От "учтить" — оказать почтение. В XVIII веке — одна из ключевых добродетелей "благовоспитанного человека".

СЕЙ — этот (устар., высок.). Указательное местоимение, характерное для книжной речи XVIII–XIX веков. Ср.: "сей день", "сей час", "в сей миг".

СТОЛЬ — настолько, так (устар., высок.). Усилительное наречие, типичное для поэзии классицизма. Ср.: "столь великий", "столь прекрасный".

ПРЕДРЕЧЬ — предсказать, предвозвестить (высок., устар.). Книжный глагол, используемый в торжественной речи. Ср.: "предречь судьбу", "предречь грядущее".

ПОД СТАТЬ — под стать кому-либо; соответствующий, подобный, достойный (разг.-книжн.). Устойчивое выражение, сохранившееся в современном языке. Ср.: "под стать родителям" — такой же, как родители.

НА ОТРАДУ — на радость, на утешение (устар., высок.). Предложно-падежная конструкция, характерная для поэтического языка XVIII века.

_______________

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Поэзия Адама Нарушевича долгое время оставалась на периферии внимания русских переводчиков. Его сатиры переводились в XIX веке, оды изредка упоминались в историко-литературных исследованиях, но камерная лирика — к которой принадлежит данное стихотворение — практически не была представлена в русских антологиях польской поэзии. Между тем именно эти небольшие тексты позволяют увидеть Нарушевича не только как официального поэта эпохи Станислава Августа, но и как тонкого лирика, умевшего соединять классицистическую строгость формы с искренностью интонации.

"Dziecieciu nowourodzonemu" — характерный образец просветительской семейной лирики, где личное чувство (радость рождения ребенка после череды утрат) облекается в дидактическую форму. Стихотворение построено как развернутое пожелание-наставление: поэт не берется предсказать судьбу младенца, но утверждает моральную аксиому эпохи — добродетель наследуется через подражание родителям. Эта мысль, типичная для педагогики Просвещения (ср. идеи Руссо, Локка), выражена с изяществом и лаконизмом, свойственными классицистической эпиграмме.

Перевод данного текста на русский язык ставит перед переводчиком несколько задач. Во-первых, необходимо воссоздать метрическую форму оригинала — александрийский стих, который в русской поэзии XVIII века использовался в одах, посланиях, дидактических поэмах. Во-вторых, требуется передать стилистический регистр текста — высокий, но не напыщенный, торжественный, но не холодный. В-третьих, важно сохранить композиционную логику: от образа утраты (первая строфа) через признание неопределенности будущего (вторая строфа) к моральному выводу (третья строфа).

Настоящий перевод стремится решить эти задачи, ориентируясь на язык русской поэзии эпохи Державина и раннего Жуковского — времени, когда классицистические формы еще сохраняли свою актуальность, но уже начинали наполняться предромантической чувствительностью. Такой подход позволяет, на наш взгляд, передать и историческую дистанцию оригинала (текст 1771 года), и его живую интонацию — интонацию человека, обращающегося к новорожденному ребенку с надеждой и нежностью.

Текст оригинала воспроизводится по изданию: Naruszewicz A. Wybor poezyj: z dolaczeniem kilku pism proza oraz listow. Warszawa: S. Lewental, 1882 (цифровая копия доступна в электронной библиотеке Викитека). При подготовке перевода также учитывались современные научные публикации текста в составе критических изданий польской поэзии XVIII века.

Оригинал:

(Польский текст приведен без диакритических знаков
в связи с техническими ограничениями платформы Стихи.ру.
Полный текст с диакритикой доступен по ссылкам в разделе "Библиография")

Adam Naruszewicz
Dziecieciu nowourodzonemu (1771)

Po tylu kwiatkach, ktore los zazdrosny
W samych pierwiastkach milej zwarzyl wiosny,
Nowy sie rodzisz fioleczku swiatu,
Na rozkosz ojcu, i matce, i bratu.

Wrozyc nie umiem, ukochane dziecie,
Jaka cie dola ma spotkac na swiecie.
Wiele lat jeszcze porwie wiek skwapliwy,
Nim powiem, zes jest grzeczny i cnotliwy.

To jednak smiele moge cie rokowac:
Jesli rodzicow bedziesz nasladowac,
Bedziesz zapewne, latwo tego dociec,
Piekny jak matka, poczciwy jak ociec.

;1771, III, 364.

Даниил Лазько
2026

ЛИТЕРАТУРНЫЙ АНАЛИЗ


ОРИГИНАЛ И ЕГО МЕСТО В ПОЛЬСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Стихотворение "Dziecieciu nowourodzonemu" (1771) Адама Нарушевича — образцовый памятник польского классицизма эпохи Просвещения. Текст впервые опубликован в авторском сборнике "Wybor poezyj" (книга вторая лирических стихотворений) и представляет собой окказиональную поэзию — жанр поздравительных од, популярный в аристократических кругах Речи Посполитой XVIII века.


СТРУКТУРА И МЕТРИКА

Произведение построено как трехстрофная ода (12 строк) с парной рифмовкой (AABBCCDD). Размер — александрийский стих (польский trzynastozgloskowiez, 13-сложник с цезурой после 7-го слога), характерный для торжественной поэзии европейского классицизма. Этот метр, заимствованный из французской традиции, стал в Польше знаком "высокого штиля" и использовался для од, героических поэм и дидактических посланий.

Каждая строфа представляет законченную смысловую единицу:
— Первая (строки 1-4): экспозиция — рождение как награда после утрат.
— Вторая (строки 5-8): развитие — неопределенность будущего и скромность поэта.
— Третья (строки 9-12): кульминация — моральное пророчество и комплимент родителям.


ОБРАЗНАЯ СИСТЕМА И СИМВОЛИКА

Центральный образ — "fioleczku" (фиалочка) — отсылает к ренессансно-барочной эмблематике, где фиалка символизирует хрупкость, скромность и весеннее обновление. Противопоставление "kwiatki" (цветочки, погубленные судьбой) и "nowy fioleczek" (новая фиалка) выстраивает антитезу смерти и жизни, типичную для элегической традиции.

Метафора "los zazdrosny" (завистливая судьба) восходит к античной топике Фортуны, но лишена мистицизма барокко: Нарушевич, следуя просветительскому рационализму, не акцентирует божественное провидение, а подчеркивает этическую ответственность человека ("Jesli rodzicow bedziesz nasladowac" — если будешь подражать родителям).

Образ времени ("wiek skwapliwy" — поспешный век) звучит меланхолично, но без пессимизма сентиментализма: поэт не оплакивает бренность, а призывает к активной добродетели.


СТИЛИСТИКА И ЯЗЫК

Язык стихотворения — классический польский литературный язык середины XVIII века, очищенный от макаронизмов (латинских вкраплений) и провинциализмов. Нарушевич, как член Комиссии национального образования, сознательно работал над нормализацией польского языка, и его поэзия демонстрирует ясность синтаксиса, сдержанность эпитетов и точность дефиниций.

Используются устойчивые формулы классицистической риторики:
— Обращение ("ukochane dziecie" — любимое дитя)
— Апофегма ("Piekny jak matka, poczciwy jak ociec" — прекрасен, как мать, честен, как отец)
— Captatio benevolentiae ("Wrozyc nie umiem" — гадать не умею)

Отсутствие религиозной лексики примечательно: Нарушевич, будучи епископом, создает светское посвящение, где нравственность выводится не из катехизиса, а из семейной этики и природного порядка.


ИДЕЙНОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Стихотворение воплощает ключевые ценности польского Просвещения:

1. Культ семьи и частной жизни (в противовес сарматскому культу воинской славы).
2. Рационализм в отношении судьбы: будущее зависит не от гороскопов, а от воспитания.
3. Эстетический и этический идеал: красота (материнская) и честность (отцовская) как равнозначные добродетели.

Финальная формула ("Piekny jak matka, poczciwy jak ociec") не просто комплимент, а программное утверждение: гармония внешнего и внутреннего, прекрасного и доброго — основа просвещенной личности.


КОНТЕКСТ ТВОРЧЕСТВА НАРУШЕВИЧА

Адам Нарушевич (1733-1796) — поэт, историк, епископ Смоленский, ближайший соратник короля Станислава Августа Понятовского. Его поэзия делится на две фазы: раннюю (1750-1760-е, оды и элегии в духе Горация) и позднюю (1770-1790-е, преимущественно сатиры). "Dziecieciu nowourodzonemu" относится к переходному периоду, когда поэт уже отказался от барочной пышности, но еще не перешел к едкой сатире "Bajek" (Басен).

В сборнике "Wybor poezyj" это стихотворение помещено в разделе лирики (Кн. II), рядом с элегиями и посланиями. Оно нетипично для Нарушевича мягкостью тона (его сатиры куда жестче), но характерно философской дистанцией: поэт не впадает в сентиментальность, сохраняя классицистическую меру.


РУССКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ: СРАВНЕНИЕ С ДЕРЖАВИНЫМ

Стихотворение Нарушевича обнаруживает типологическое сходство с одой Гавриила Романовича Державина "На рождение в Севере порфирородного отрока" (1779), написанной по случаю рождения великого князя Александра Павловича (будущего императора Александра I). Оба текста принадлежат к жанру поздравительной оды, используют александрийский стих и следуют классицистической риторике, но демонстрируют различия, отражающие специфику польской и русской традиций.

ОБЩИЕ ЧЕРТЫ:

1. Метрика и строфика. Оба поэта используют александрийский стих (шестистопный ямб) — канонический размер европейской торжественной лирики XVIII века. У Державина: "О вы, которых ожидает / Отечество от недр своих..." (12-13 слогов, парная рифмовка). У Нарушевича та же структура.

2. Дидактический пафос. Оба текста содержат моральное наставление новорожденному, формулируя идеал просвещенной личности. Державин: "Будь на троне человек" (призыв к гуманизму монарха). Нарушевич: "Jesli rodzicow bedziesz nasladowac" (добродетель через подражание родителям). Оба поэта утверждают рационалистическую этику: судьба человека зависит не от рока, а от воспитания.

3. Светский характер. Несмотря на религиозность эпохи, оба текста избегают христианской догматики. Державин апеллирует к природе и разуму ("Природа и судьба"), Нарушевич — к семейной этике ("Piekny jak matka, poczciwy jak ociec"). Это характерно для Просвещения, стремившегося к универсальной морали вне конфессиональных рамок.

РАЗЛИЧИЯ:

1. Масштаб адресата. Державин пишет официальную государственную оду, адресованную наследнику престола. Текст насыщен политическими аллюзиями ("О громкий век военных споров!"), космологическими образами ("Небесная отверзлась дверь") и гиперболами в духе ломоносовской традиции. Нарушевич создает камерное посвящение частному лицу, лишенное политического контекста. Его текст интимен: "ukochane dziecie" (любимое дитя), "ojcu, i matce, i bratu" (отцу, и матери, и брату).

2. Образная система. Державин использует державно-космическую метафорику: рождение младенца — событие вселенского масштаба, знамение судьбы России. Нарушевич избирает пасторальную символику (фиалка, весна), восходящую к античной буколике и ренессансной лирике. Его мир — не империя, а сад.

3. Тональность. Державинская ода риторична и патетична ("Се Божия десница!"), написана в регистре высокого одического восторга. Нарушевич сдержан и элегичен: "Wrozyc nie umiem" (гадать не умею) — формула скромности, чуждая державинской манере. Польский поэт избегает экзальтации, предпочитая классицистическую меру.

4. Концепция времени. У Державина время линейно и телеологично: рождение монарха — точка перелома истории, обещание золотого века. У Нарушевича время циклично: весна сменяет зиму, новая жизнь приходит на смену утраченным ("Po tylu kwiatkach, ktore los zazdrosny... zwarzyl"). Это меланхолическое приятие естественного порядка, без эсхатологических обертонов.

ТИПОЛОГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ:

Сопоставление двух текстов высвечивает различия национальных вариантов классицизма. Русский классицизм (Ломоносов, Державин) тяготеет к монументальности, имперской риторике и одическому пафосу. Польский классицизм (Нарушевич, Красицкий) предпочитает камерность, иронию (особенно в сатире) и просветительский дидактизм без государственной идеологии. Оба поэта — епископы (Державин формально не был священником, но его оды насыщены псалмической образностью), но оба секуляризируют жанр, превращая религиозное торжество в светское философское высказывание.

ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ПЕРЕВОДА:

Представленный перевод Даниила Лазько (2026) учитывает эту типологию. Переводчик избирает стратегию, ориентированную на русский классицизм эпохи Державина: использует архаизмы ("рок", "стезя", "сей век"), инверсии ("тебе я смело предсказать"), славянизмы ("предречь"). Однако он сохраняет камерность оригинала, избегая державинской монументальности. Формула "Прекрасен, словно мать, и честен, как отец" точно передает польскую антитезу "piekny — poczciwy", сохраняя баланс внешнего и внутреннего благородства, ключевой для этики Просвещения. Таким образом, перевод становится мостом между двумя традициями, показывая родство классицистических идеалов при сохранении национальной специфики.


ПЕРЕВОДЫ НА РУССКИЙ ЯЗЫК

До настоящего времени в русскоязычной литературе не зафиксировано опубликованных переводов этого стихотворения. Нарушевич известен в России преимущественно как историк (его "Historia narodu polskiego" переводилась фрагментарно в XIX веке) и автор сатир (несколько текстов включены в антологию "Польская поэзия" 1969 года). Лирические стихотворения поэта оставались вне поля зрения переводчиков, вероятно, из-за их камерности и окказионального характера.

Представленный здесь перевод Даниила Лазько (2026) — первая известная попытка передачи этого текста на русском языке. Переводчик избрал стратегию формальной эквивалентности: сохранены метрическая схема (александрийский стих, 12-13 слогов), система рифмовки (парная), стилистический регистр (высокий штиль русского классицизма XVIII века с архаизмами "рок", "стезя", "сей век"). Особенно удачно решена проблема финальной антитезы "piekny — poczciwy": русское "прекрасен — честен" точно передает оппозицию внешнего и внутреннего благородства, ключевую для этики Просвещения.


ЗНАЧЕНИЕ И АКТУАЛЬНОСТЬ

"Dziecieciu nowourodzonemu" — не хрестоматийный текст польской литературы, но важный документ культурной эпохи. Он демонстрирует, как классицизм проникал в интимную сферу (поздравления с рождением), трансформируя бытовой жанр в философское высказывание. Стихотворение утверждает ценности, актуальные и сегодня: семья как основа личности, воспитание как залог будущего, гармония красоты и нравственности как идеал человечности.

В истории русско-польских литературных связей этот перевод открывает малоизвестную
страницу польской лирики XVIII века, показывая родство классицистических традиций
двух культур и возможность их диалога через столетия. Перевод представляет русскому
читателю голос польского классицизма в его интимном регистре — не одической
экзальтации Красицкого, не сатирической желчи "Мышеиды", а семейной лирики, где
Просвещение говорит языком нежности, не утрачивая моральной серьезности.
Сопоставление с державинской одой выявляет как общие основания европейского
Просвещения (рационализм, светская этика, культ разума), так и национальные
особенности: русский имперский пафос против польской камерности, одическая
экзальтация против элегической сдержанности. Перевод Даниила Лазько успешно
передает эту специфику, делая доступным русскому читателю голос польского
классицизма — голос, звучащий тихо, но ясно, без претензий на вселенскость,
но с твердой верой в силу семьи, воспитания и человеческого достоинства.

_______________

БИБЛИОГРАФИЯ

ИЗДАНИЯ ОРИГИНАЛА:

Naruszewicz A. Wybor poezyj: z dolaczeniem kilku pism proza oraz listow. Warszawa: S. Lewental, 1882.

Dziecieciu nowourodzonemu // Wikisource [Электронный ресурс]. URL: https://pl.wikisource.org/wiki/Dziecieciu_nowourodzonemu (дата обращения: 04.01.2026).

Dziecieciu nowourodzonemu // Poezja.org [Электронный ресурс]. URL: (дата обращения: 04.01.2026).


ЛИТЕРАТУРА:

Державин Г. Р. На рождение в Севере порфирородного отрока // Полное собрание сочинений. Т. 1. Л.: Советский писатель, 1957. С. 123–126.

Klimowicz M. Oswiecenie. Warszawa: PWN, 2002.

Пумпянский Л. В. Очерки по литературе первой половины XVIII века // XVIII век. Сб. 14. Л.: Наука, 1983. С. 5–185.

Kostkiewiczowa T. Polski klasycyzm. Warszawa: PWN, 1990.

Польская поэзия в русских переводах / Сост. Вл. Британишский. М.: Прогресс, 1969.