Январское

А за окном всё льёт, а я всё пью -
казалось бы, отличное начало!
Увы, я трезвым вглядываюсь в тьму,
С которой день погода повенчала.

Который день завеса из дождя
И не имеет морду приклонити
Лисица солнца, хабецом чадя.
Колышутся стеклярусные нити.

Веселие есть пити на Руси,
Но есть у нас забава и покруче:
Святых в себе за скобки выносить,
Чтоб самых дорогих сподручней мучить.

А что ещё-то в эту непогодь
И в эту хлябь, разверстую веками?
А то припомнят - ты ещё погодь! -
Всё доброе должно быть с кулаками.

Я с теми, кто покуривал в кулак,
А не держал хабарик на отлёте.
Ведь я из красной глины, как-никак,
Не стрекозиной истончённой плоти.

У плотника сынишка во плоти,
Судачили, что он прижит от духа
И выпадет такое воплотить,
Что... Впрочем, слушал я в пол-уха.

А нет бы вникнуть. Нет бы...Но фонит.
Звук ливня оглушительней кимвала.
В тебя лишь верил, дерзкий неофит.
И лез за пазуху. А ты в ответ кивала.

Я жил, как скот. Отрыжек и икот
Апостол. Апокалипсиса после
Найду бычок, припрятан за киот,
Курну и вдаль поцокаю, как ослик.

Покоцанный, как старые пласты,
Как старый конь в испорченной бороздке.
Вот если б мне кивала снова ты!
Но льёт и льёт. Я трезв. И в целом поздно.