Викинг. Измена

Тяжело нагруженный драккар
Я веду из дальнего похода
К ледяному фьорду среди скал
Среди рифов узкого прохода.

Года три скитаясь по морям,
Далеко от северного дома.
По своим соскучился друзьям.
Лиц давно не видел я знакомых.

И другой драккар навстречу мне
Из-за скал заснеженных выходит.
Парус — как в родной мне стороне.
Здесь уже знакомые мне воды.

Это Бьёрн с командою своей,
Все, кто на драккаре, мне знакомы,
Как я рад увидеть здесь друзей!
Ведь три дня пути ещё до дома!

Бьёрн, как там дела в моём краю?
Как жена, как дети? Все здоровы?
Что-то я тебя не узнаю.
Что молчишь, как будто тайной скован?

И, с трудом, в глаза не глядя Бьёрн,
Говорит: «Виновен пред тобою.
Думал я, что ты утонул ты в шторм
Или пал в бою, как смелый воин!

Ведь три года не было тебя
И с твоей сошелся я женою.
Вместе год мы прожили, любя!
Лейф, прости! Виновен пред тобою!

Бьёрн, мне жаль! Ведь ты мне другом был,
Вместе мы в походах хлеб делили.
Но простить? Никто бы не простил!
Хочешь, чтобы мы про честь забыли?

Хольмганга я требуя сейчас!
Только так возможно выйти с честью!
Пусть же будет мёртв один из нас,
А другой продолжит жить с ней вместе!

И достал я чёрный свой топор
с руною молчания на стали.
Кровью Бьёрна смыл я свой позор,
В дом вернулся, где меня не ждали!

Честь свою я отстоял в бою
Не посмотрит вслед никто с укором.
Но смогу ль любить жену свою
С нежностью, украденною вором?

Позабыть смогу ли и простить?
Буду ли от ревности свободен?
Как теперь мне дальше с этим жить?
Дай совет, прошу, о мудрый Один!

И она навстречу вышла мне
Глядя взглядом загнанного зверя.
Как мне доверять теперь жене?
Бьёрн то мёртв, но я уже не верю!

Что это? Живот? В моей жене
Бьёрново проклятое отродье!
Вот и дал ответ ты, Один, мне!
Я теперь от чувств любых свободен!

Уходи из дома моего!
Возвращайся в дом отца с позором!
И, клянусь оружием богов,
Имя я твоё забуду скоро!

Если даже родами умрёшь,
Руны на твоем могильном камне,
Я сколю, как грязь смывает дождь,
Собственными твёрдыми руками!

И она ушла. Три дня шёл снег
Засыпая след моей любимой.
Стихла вьюга. Следа больше нет.
Пусть и в сердце тоже будет иней!

Двадцать лет прошло как день один.
Я ходил с дружиною в походы,
Возвращался, не ища средь льдин,
Ту, что скрасит в старости мне годы.

Тучами затянут небосвод
Снежною Норвежскою зимою.
Чей-то крик я слышу у ворот.
Кто-то жаждет встретиться со мною.

Мой топор по-прежнему остер.
Взяв его, я вышел за ворота.
Это Бьёрн, или похожий кто-то.
Тот, кого из памяти я стёр!

Он под ноги кинул камень мне:
Я Торлейв, сын Бьёрна, что когда-то
Ты убил среди таких камней!
Я пришёл потребовать расплаты!

Мой отец кормил твоих детей,
Думая, что умер ты в походе.
Мать мою, со мною в животе,
Выгнал ты, назвав меня отродьем!

Хольмганга я требую сейчас!
Только так смогу жить дальше с честью!
Пусть же будет мёртв один из нас!
На земле двоим не будет места!

Что ж, Торлейв! Из жизни вас стереть
Плохо я сумел, раз снова с вами!
Пусть сотрёт тот, кто не примет смерть,
Руны на могильном свежем камне!