Итоги Года

Этот год не прошел — он проехал по мне. Колесо
оставляет следы на спине, и меняя лицо
на гримасу, я выжил. Но, знаешь, слава
Богу — или тому, у кого на расправу право
Я искал не стиль, но способ стать фоном, частью
штукатурки, плющом, не причастным к счастью,
растворялся во вне, как таблетка в стакане с чаем,
становясь с каждым днем все более различаемым
только в профиль.

За двенадцать листов я сменил, как фальшивые паспорта, двадцать стран, десять виз, меняя пейзаж и эскиз
Но везде широта от Парижа до мертвых пустынь —
Оказалась одной: широтой, где господствует стынь
И молчание
Я сбегал от себя, но в залах ожидания,
в амальгаме витрин, где манекены в ряд,
находил свой же, остекленевший взгляд.
Не вышло. Твержу по слогам, как немой, в бреду:
Пус-то-та. Я имел в виду
не пространство, но Время.

Сколько было дорог... Эта белая полоса,
разделительный штрих, что, как взлетная полоса,
обещала отрыв. Измененье сознанья — трюк
Я менял вещества, чтоб избавиться от географических мук,
Но дороги, как вены, в которых гуляет тромб,
Привели не на небо, а в тесный тупик катакомб

Я любил, но, стремясь к Идеалу, как Пигмалион,
я сколол с нее жизнь. И теперь миллион
оправданий не склеят мрамор. Идеал — это лёд
Говорят: поменяй мышленье, но я лишь гость
в этом теле, сменившем состав крови и дым
Я не помню, был ли я молодым,
или сразу родился старым. Я — сумма утрат
Мое Я — это просто грамматика, реферат
на тему отсутствия

Зато я эксперт в вине
Я стал Вергилием в Дантовой стороне
кабаков и рюмочных. Я изучил на дне
геометрию стеклотары. Черта подведена.
Но, может, к мосту подвела не она, а вина?
Я понял, что память — самый тяжелый сдвиг,
А любовь — наркотик, ломка и крик, где нет ни врачей, ни рецептов, ни сниженья доз
Лишь абстиненция, вечная, как мороз
Но...
Тревога свернулась, как в уксусе — глупые мысли,
Под коркой подкорки стихает условный рефлекс
В бокале искрится холодный, спасительный рислинг,
На дне, растворяясь, ксанекс лежит
Не трогай меня. Я сейчас — абсолютная невесомость,
Я просто химия, просто живая вода
Прости мне мою ледяную, немую сплоченность
С тем миром, куда не идут поезда
Я усну, пока бьют куранты, сжигая мосты
Чтобы утром увидеть: улицы вновь пусты,
Снег лежит, словно бинт на асфальте, скрывая грязь
Я проснусь обновленным. Прервется дурная связь
Я открою глаза — и не будет вчерашней вины,
Только свет. И звенящая нота живой тишины