Та, что таскала серебро

I
У речной Кромы, где ива клонится долу,
жила семья по скудной, по тёмной доле;
что матерь-природа с ладони давала
тем жили, тем были, тем шли поневоле,
и тьма была домом, и тьма была волей.
II
Родители - люди, к стенанью глухие,
не злы, не суровы - годами пустые;
по сумеркам брели, добычу ища,
светлячков собирали в ладони худые,
тем кормили детей, да ночь не ропща.
III
Три дщери росли под соломой худою:
старшая - в мрак отошла за межою;
не ждала ни лета, ни тёплого дня
ушла, как вода за весенней грядою,
и след её смыло теченье сполна.
IV
Маруша же - тихая, светлая, мала
в шестом своём лете угасла, легла;
у плетня, где роса по утрам холодила,
не вскрикнула, не позвала, не ждала
и больше не встала: так жизнь положила.
V
А младшая - персты тянула к сребру,
к чашам и кубкам, к чужому добру;
ни слёз по сестрам, ни вздоха пустого
лишь блеск ей сиял вместо сердца и Бога,
и сребро ей стало и хлебом, и словом.
VI
Чуть возраст подрос - и ноги снесли
её за околицу, прочь от земли;
не к людям - в дорогу, где тропы немые,
едва удержали дыханье и силы,
а мысль всё тянулась к холодной звени.
VII
И там ей утеха тотчас приросла:
воровство - не стыд, а ремесло и дела;
она не таилась, не каялась вслух
брала, что блестело, что ночь сберегла,
и сребро в ладонях звенело, как дух.
VIII
И первый, кто узрел её в тени,
был парень простой, из люда, из земли;
кашу варил он своей суженой к сроку,
сребро тёр до звука холодной струны
и взглядом поймал её тёмную тропу.
IX
Хромал он сызмала, тяжко хромал,
за Марушей в землю вскоре упал;
привет от безгласной к младшей он нёс
и в ту же могилу тихо молчал,
где слово не держит ни голос, ни слёз.
X
Другой же - битый, с тростью гнилой,
стар годами, знакомый с чужой бедой;
молча ходил он за её тропою,
кубки в воз складывал ночью густой
не ради корысти - шёл просто с нею.
XI
Но осень пришла, и день был верный:
деревня поднялась с огнём и с вилами скверными;
нашли, кто таскал, и ночь отступила
она же бежала в грязи, в бездне, в тени,
а он остался - так доля решила.
XII
Её же путь лёг в серебряный град,
где горны дышат и молоты бьют без преград;
где слитки текут, как весенние воды,
и имени там не удержит уклад
там сребро меж ладоней течёт без угоды.